- Папа! Папочка! Пожалуйста! Не умирай! Не оставляй меня. Я не справлюсь! Ты еще очень многому должен меня научить! Пожалуйста, не умирай! Это так страшно! Остаться без тебя!
Проходившая мимо пожилая женщина с тележкой остановилась, вытерла пот со лба, посмотрела на нас, тяжело вздохнула и пошла дальше.
А я, обнимая сына, видел его совсем маленьким, месяцев шести. Мы с Леночкой купали его, а он смеялся и бил ладошкой по воде. Брызги летели во все стороны. Мы с женой тоже смеялись, мокрые, счастливые.
- Я постараюсь не умереть. Хотя… На все воля Божья, - сказал я, отодвигая Дэна от себя и глядя ему прямо в глаза. - А мы с тобой в воскресенье пойдем в храм. Приходи в семь сорок пять ко мне. У нас замечательный больничный храм.
- Да, папочка. Я приду.
«Вот и славно, - подумал я. - Болеть скучно. Надо жить».
Слава Богу за все!
Священник Игорь Сильченков.
Проходившая мимо пожилая женщина с тележкой остановилась, вытерла пот со лба, посмотрела на нас, тяжело вздохнула и пошла дальше.
А я, обнимая сына, видел его совсем маленьким, месяцев шести. Мы с Леночкой купали его, а он смеялся и бил ладошкой по воде. Брызги летели во все стороны. Мы с женой тоже смеялись, мокрые, счастливые.
- Я постараюсь не умереть. Хотя… На все воля Божья, - сказал я, отодвигая Дэна от себя и глядя ему прямо в глаза. - А мы с тобой в воскресенье пойдем в храм. Приходи в семь сорок пять ко мне. У нас замечательный больничный храм.
- Да, папочка. Я приду.
«Вот и славно, - подумал я. - Болеть скучно. Надо жить».
Слава Богу за все!
Священник Игорь Сильченков.