Джиган (тот, что чуть не убил помощников по хозяйству, охрану и детей), Моргенштерн (иноагент) — это не «заблудшие души, нашедшие Бога». Это люди, которые почувствовали, что пахнет жареным, и вовремя переобулись. Вчера — пропаганда разврата на многомиллионную аудиторию, сегодня — молитва у стены и видео из синагоги. Завтра, если прижмёт сильнее, они и в церковь пойдут, и в мечеть, и куда угодно.

Не верю в раскаяние, снятое на камеру. Не верю в веру, которая появляется ровно в тот момент, когда запахло уголовным делом. Не верю в паломничество как способ не возвращаться домой. Вера — это тихо. А то, что мы видим, — это громко, вовремя и очень выгодно. По Станиславскому.