Хочу просто поделиться одной историей. Не для жалости. Просто, возможно, кому-то она окажется полезной.
В ночь с 31 марта на 1 апреля 2012 года в Санкт-Петербурге после аншлагового «Дискача 90-х» в Ледовом дворце со мной произошла история, о которой тогда писали СМИ.
Я в то время был программным директором DFM. Именно я был одним из тех, кто придумал и развивал «Дискач 90-х». После нескольких успешных фестивалей в Москве мы решили провести его в Санкт-Петербурге.
Для меня это была первая настолько большая площадка. До этого мои мероприятия обычно были максимум на несколько тысяч человек, а тут — Ледовый дворец. Аншлаг. Полный зал. Огромная сцена. Артисты. Эмоции.
Голова, конечно, кружилась от всего этого. Было ощущение: «Мы это сделали!»
Вместе с организатором и нашим партнёром на тот момент, Женей Финкельштейном, мы приехали на его красивом Rolls-Royce.
Но перед поездкой в Петербург мой руководитель Сергей Кожевников сказал мне:
«Будь внимателен. Не отходи от Жени, держись рядом с охраной и выполняй все рекомендации».
А я тогда подумал: ну что может произойти? Мы же живём в современном мире.
После фестиваля было afterparty. Мы, конечно, уже хорошо выпили. В какой-то момент мне надоел шум, захотелось побыть одному.
Я поехал в гостиницу.
Вышел за сигаретами.
И буквально через несколько минут кто-то со спины сбил меня с ног.
Начали избивать.
Били ногами, в том числе в область шеи.
На какое-то время я потерял сознание.
Когда пришёл в себя, мне нужно было как-то добраться до такси. Водитель, которого я попросил меня подождать, стоял чуть за углом дома. Он не видел, что произошло, и не мог видеть самого нападения.
Я кое-как доковылял до машины, а потом добрался до гостиницы.
Что удивительно — при мне остались и дорогой Vertu, и достаточно крупная сумма денег. Никто ничего не забрал. Разбился только iPhone, который в момент нападения был у меня в руках. Его тоже никто не тронул.
Вызвали полицию.
Что именно произошло, я, конечно, практически не помнил. А что я мог помнить, если ударили со спины?
На следующий день мы уехали в Москву. От госпитализации я отказался.
И вот тогда я узнал, что в «Сапсане» вообще существует сухой лёд. Потому что по дороге домой меня буквально обкладывали им, пытаясь хоть как-то снять боль.
Вернувшись в Москву, я сделал МРТ.
И врач сказал мне примерно следующее:
«Сейчас я ничего критичного не вижу. Но это может дать о себе знать через какое-то время».
Дало.
В 2018 году мне пришлось сделать операцию на шейном отделе позвоночника.
Сейчас у меня в шее два кейджа и фиксирующие элементы.
А потом врачи сказали мне: не поднимать ничего тяжелее килограмма.
И вот тут самое главное.
Прошло много лет.
Жизнь продолжается.
Иногда появляются дела, которые надо сделать самому. Иногда думаешь: да ладно, ничего страшного, один раз подниму, один раз напрягусь.
И вот сейчас мне пришлось физически поработать, поподнимать тяжёлое.
Результат — жесточайшее обострение.
Я даже не припомню, когда в последний раз у меня настолько сильно болела шея и правая рука.
И я вдруг понял одну очень простую вещь.
Иногда последствия одной ночи могут догнать тебя через 10–15 лет.
Тогда я не послушал руководителя.
Потом не всегда достаточно серьёзно относился к ограничениям.
А теперь расплачиваюсь за это своим здоровьем.
Поэтому, мужики, девчонки — берегите себя.
Если врач говорит вам не поднимать больше килограмма — не надо проверять, что будет, если поднять пять.
Если вам говорят не нагружать позвоночник — не геройствуйте.
Если вам сказали не ходить одному в незнакомом городе после мероприятия — значит, не ходите одному.
Потратить деньги на охрану, такси или помощника — это копейки по сравнению со стоимостью собственного здоровья.
Я сейчас лежу и восстанавливаюсь.
Больно.
Очень больно.
И, честно говоря, сейчас мне просто херово.
Поэтому захотелось поделиться этой историей.
Может быть, кто-то прочитает её и в следующий раз, когда ему скажут:
«Не надо. Не поднимай. Не рискуй. Будь осторожнее»
В ночь с 31 марта на 1 апреля 2012 года в Санкт-Петербурге после аншлагового «Дискача 90-х» в Ледовом дворце со мной произошла история, о которой тогда писали СМИ.
Я в то время был программным директором DFM. Именно я был одним из тех, кто придумал и развивал «Дискач 90-х». После нескольких успешных фестивалей в Москве мы решили провести его в Санкт-Петербурге.
Для меня это была первая настолько большая площадка. До этого мои мероприятия обычно были максимум на несколько тысяч человек, а тут — Ледовый дворец. Аншлаг. Полный зал. Огромная сцена. Артисты. Эмоции.
Голова, конечно, кружилась от всего этого. Было ощущение: «Мы это сделали!»
Вместе с организатором и нашим партнёром на тот момент, Женей Финкельштейном, мы приехали на его красивом Rolls-Royce.
Но перед поездкой в Петербург мой руководитель Сергей Кожевников сказал мне:
«Будь внимателен. Не отходи от Жени, держись рядом с охраной и выполняй все рекомендации».
А я тогда подумал: ну что может произойти? Мы же живём в современном мире.
После фестиваля было afterparty. Мы, конечно, уже хорошо выпили. В какой-то момент мне надоел шум, захотелось побыть одному.
Я поехал в гостиницу.
Вышел за сигаретами.
И буквально через несколько минут кто-то со спины сбил меня с ног.
Начали избивать.
Били ногами, в том числе в область шеи.
На какое-то время я потерял сознание.
Когда пришёл в себя, мне нужно было как-то добраться до такси. Водитель, которого я попросил меня подождать, стоял чуть за углом дома. Он не видел, что произошло, и не мог видеть самого нападения.
Я кое-как доковылял до машины, а потом добрался до гостиницы.
Что удивительно — при мне остались и дорогой Vertu, и достаточно крупная сумма денег. Никто ничего не забрал. Разбился только iPhone, который в момент нападения был у меня в руках. Его тоже никто не тронул.
Вызвали полицию.
Что именно произошло, я, конечно, практически не помнил. А что я мог помнить, если ударили со спины?
На следующий день мы уехали в Москву. От госпитализации я отказался.
И вот тогда я узнал, что в «Сапсане» вообще существует сухой лёд. Потому что по дороге домой меня буквально обкладывали им, пытаясь хоть как-то снять боль.
Вернувшись в Москву, я сделал МРТ.
И врач сказал мне примерно следующее:
«Сейчас я ничего критичного не вижу. Но это может дать о себе знать через какое-то время».
Дало.
В 2018 году мне пришлось сделать операцию на шейном отделе позвоночника.
Сейчас у меня в шее два кейджа и фиксирующие элементы.
А потом врачи сказали мне: не поднимать ничего тяжелее килограмма.
И вот тут самое главное.
Прошло много лет.
Жизнь продолжается.
Иногда появляются дела, которые надо сделать самому. Иногда думаешь: да ладно, ничего страшного, один раз подниму, один раз напрягусь.
И вот сейчас мне пришлось физически поработать, поподнимать тяжёлое.
Результат — жесточайшее обострение.
Я даже не припомню, когда в последний раз у меня настолько сильно болела шея и правая рука.
И я вдруг понял одну очень простую вещь.
Иногда последствия одной ночи могут догнать тебя через 10–15 лет.
Тогда я не послушал руководителя.
Потом не всегда достаточно серьёзно относился к ограничениям.
А теперь расплачиваюсь за это своим здоровьем.
Поэтому, мужики, девчонки — берегите себя.
Если врач говорит вам не поднимать больше килограмма — не надо проверять, что будет, если поднять пять.
Если вам говорят не нагружать позвоночник — не геройствуйте.
Если вам сказали не ходить одному в незнакомом городе после мероприятия — значит, не ходите одному.
Потратить деньги на охрану, такси или помощника — это копейки по сравнению со стоимостью собственного здоровья.
Я сейчас лежу и восстанавливаюсь.
Больно.
Очень больно.
И, честно говоря, сейчас мне просто херово.
Поэтому захотелось поделиться этой историей.
Может быть, кто-то прочитает её и в следующий раз, когда ему скажут:
«Не надо. Не поднимай. Не рискуй. Будь осторожнее»