Президент ВАРПЭ Герман Зверев дал большое интервью
"Ведомостям". Выбрали главное из разговора.

Про кредиты:

🔹 По данным ЕМИСС, в 2022 году на обслуживание кредитов и займов рыбная отрасль направила 16,8 млрд рублей в 2023-м – 28 млрд, в 2024-м – 51 млрд, в 2025-м – 62 млрд. За три года ежегодные платежи банкам выросли почти в 4 раза и сейчас сопоставимы с налоговыми платежами. При этом операционный денежный поток за тот же период увеличился всего в 1,2 раза.

🔹 Дебиторская задолженность по итогам 2025 года составила 304 млрд рублей, в 2024-м – 310 млрд. Начиная с 2022-го она составляет примерно 45-50% отраслевой выручки. Такой высокий показатель означает, что предприятия не получают своевременно деньги за отгруженную продукцию: отрасль в определенной степени утратила контроль над рынками сбыта и своими издержками.

🔹 Банкротств в рыбной отрасли нет, но прибыльность серьезно снизилась. Кредиторская задолженность ощутимее всего проявляется в двух сегментах: для предприятий, реализующих за счет заемных средств инвестпроекты в рамках программы инвестиционных квот, и для предприятий, добывающих тихоокеанских лососей.

🔹 Помимо кредитов для операционной деятельности, в том числе для подготовки к путине, добытчикам лососей понадобятся кредиты для платежей по договорам пользования рыболовными участками на следующие 20 лет. Внесение первого платежа – до 1 октября: для всех лососевиков – 41,35 млрд рублей. 10-15% пользователей платеж, вероятно, не внесут – нет денег.

Неконтролируемый рост издержек и утрата власти на рынке сбыта означают, что отрасль теряет характерную для нее в предшествующее десятилетие маржинальность, – считает Герман Зверев.

Про вылов:

🔹 Показатель вылова – не основной критерий эффективности работы отрасли. Оценивать отрасль необходимо не приростом добычи, а экономической эффективностью, количеством и качеством рабочих мест и долей продукции с высокой добавленной стоимостью.

🔹 Снижение добычи происходит и будет происходить по тем видам водных биоресурсов, которые находятся в определенный год в сложном или депрессивном состоянии. В этом году это коснулось вылова лососевых.

Возможно, мы спустились на долгосрочное плато. В ХХ веке такие периоды уже были: богатые выловы 20-х гг. сменились низкими уловами в 30-х – первой половине 40-х гг., затем хорошие выловы до 1958 г., после чего последовал почти 30-летний период скудных уловов. С конца 1980-х, в особенности в нулевые и десятые, снова богатая путина. А сейчас, похоже, начинается новый период низкой биомассы.

🔹 Советский лососевый комплекс успешно работал и в скудные на рыбу времена: развивался, создавал новые технологии в сфере консервации и засолки. Качество красной икры в 1960-1980-х гг. было очень высоким. Государство не вводило фискальный пресс для предприятий.

Про лососевую икру:

🔹 Красная икра возвращается к ценовой норме, которая была разрушена в конце 1990-х гг. Представление о "дешевизне" икры возникло из-за огромного количества браконьерской, некачественной и поэтому дешевой продукции. Это была мнимая дешевизна, мнимая, потому что реальная стоимость такой икры для состояния запасов и экономической устойчивости прибрежных предприятий была разрушительной. Сейчас рынок возвращается к норме.

Красная икра – не продукт повседневного спроса, а премиальный продукт. Естественной платой за ее редкость и качество является цена, которую определит рынок. Думаю, в ближайшие месящы сформируется цена, экономически выгодная для продавцов и приемлемая для покупателей. По моей оценке, с учетом объемов производства экономически оправданная стоимость красной икры может составлять 15-16% и не более 20% в пиковые периоды от стоимости черной икры – давно уже премиального продукта.

🔹 Никакого физического дефицита красной икры нет и не будет, считает господин Зверев. В 1958-1972 гг. в СССР с населением 250 млн человек ежегодно производилось 1000-1500 тонн красной икры. Россия совершенно далека от таких показателей.

Подписывайтесь на Рыбную полку