- Бэрримор, что там за вой на болотах?
- Это новые люди, сэр
- Чего они хотят?
- Соблюдения избирательного законодательства
- А кто его нарушает?
- Они сами, сэр
- Так чего они воют?
- Оборотни, сэрВ этом анекдоте вкратце вся суть «воя» бирюзовых по поводу якобы «беспредельных запретов» на встречи с кандидатом
Файзулиным в школах Зимы. Как выяснилось, ларчик-то просто закрывался. По словам инсайдеров, господин
Евгений Файзулин вначале договорился с директорами двух школ о встречах только с педагогическими коллективами. И здесь никакого отказа не получил. Однако те же директора, мягко говоря, были взвинчены и раздосадованы, когда увидели расклеенные по городу листовки «новолюда», который звал в их школы чуть более чем всех желающих. И у директоров, как и должно быть всегда в таких случаях, и как учит государство, тут же включился режим безопасности для детей. Одно дело собрать на встречу с кандидатом абсолютно прогнозируемое количество людей (свои же коллективы), а совсем другое — стать площадкой для потенциального сбора неопределенного круга лиц с непредвиденными последствиями. И это — во время учебного процесса, то есть днем, как и указано в листовках. Поэтому
Файзулину и прилетел отказ от школ. Он тут же публично запричитал, что говорит об одном: для «Новых людей» и их кандидатов (по крайней мере, для одного) выборы превыше безопасности детей. А незнание законов — похоже, уже фирменный стиль НЛ.
В этой истории еще слегка удивляют
набросы от уважаемого профессора Шишкина, который заявил, что до
Файзулина в этих же школах «накануне» без проблем провели встречи с кандидатом от «Единой России». Если это про Госдуму (а других выборов в Зиме сейчас нет), то от «Единой России» только
Александр Якубовский. Мы специально посмотрели все его «кануны» – никаких встреч в школах Зимы он не проводил ни как депутат, ни как кандидат. В других местах да, в школах – нет. Фактчекинг.
И умилительная деталь. На встречу в городской библиотеке Зимы, которую
Файзулину никто не «запрещал», пришло два человека. Может и зря директора школ боялись «неопределенного круга», но забота о безопасности детей – прежде всего.