Налоговая задолженность выше порога банкротства сама по себе не означает объективного банкротства и не запускает обязанность директора подать заявление
#субсидиарная_ответственность
В деле о банкротстве ООО ПСК «Тамир» конкурсный управляющий требовал привлечь бывших руководителей и участников общества к субсидиарной ответственности.
Первая инстанция привлекла Раднажапова Ж.Д.-Д., руководившего должником с 14.09.2016 по 27.02.2019, к ответственности за неподачу заявления о банкротстве и взыскала с него 20,55 млн руб. Апелляция этот вывод поддержала.
⚖️ Позиция Раднажапова Ж.Д.-Д. (податель жалобы)
➡️ наличие просроченной задолженности само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве;
➡️ суды не исследовали соотношение активов и обязательств общества и стоимость объектов незавершенного строительства;
➡️ хозяйственная деятельность продолжалась: общество строило жилые дома и получало разрешения на строительство и ввод объектов;
➡️ обстоятельства 2018 года нельзя автоматически использовать для вывода о наличии объективного банкротства еще в декабре 2016 года.
🔎 Позиция судов первой и апелляционной инстанций
🌀 по состоянию на 05.12.2016 задолженность по обязательным платежам превысила 300 тыс. руб.;
🌀 из этого суды вывели, что обязанность руководителя обратиться с заявлением о банкротстве возникла не позднее 05.04.2017;
🌀 неподача заявления стала основанием для привлечения Раднажапова Ж.Д.-Д. к субсидиарной ответственности.
🔎 Позиция суда округа
📎 Неоплата конкретного долга не равна объективному банкротству
АС Восточно-Сибирского округа указал: неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения обязательств вследствие недостаточности денежных средств и должна носить объективный характер.
Нельзя отождествлять ее с неоплатой отдельного долга конкретному кредитору. Поэтому само превышение налоговой задолженностью установленного порога не доказывает наступление критического финансового состояния должника.
📎 Нужно установить момент, когда кризис стал очевиден разумному руководителю
Для ответственности за неподачу заявления необходимо определить, когда добросовестный и разумный руководитель в сходных обстоятельствах должен был понять, что продолжение нормальной хозяйственной деятельности уже невозможно без ущерба должнику и кредиторам. Именно этот момент, а не формальное наличие просрочки, определяет возникновение обязанности обратиться в суд.
📎 Суды не исследовали реальное имущественное положение должника
По отчетности за 2016 год активы ООО ПСК «Тамир» составляли 375,34 млн руб. Кроме того, позднее в конкурсную массу было включено имущество рыночной стоимостью 81,7 млн руб.
Поэтому ссылка апелляции на прекращение другого дела о банкротстве в 2018 году из-за отсутствия средств на финансирование процедуры сама по себе не подтверждала отсутствие активов в 2016 году.
📎 Продолжение строительства могло иметь значение для оценки антикризисного плана
Округ обратил внимание, что должник продолжал строительство и получал разрешения вплоть до 2020 года. Нижестоящие суды не проверили, могло ли продолжение проектов быть экономически обоснованным планом преодоления кризиса.
Такой план необязательно должен существовать в виде отдельного документа — он может подтверждаться совокупностью переписки, протоколов и иных доказательств.
В итоге округ признал выводы о дате объективного банкротства и, как следствие, о размере ответственности преждевременными. Судебные акты отменены в части привлечения Раднажапова Ж.Д.-Д. и взыскания с него денежных средств, спор направлен на новое рассмотрение.
Постановление АС ВСО от 25.09.2026 по делу № А10-2545/2020. А10-2545-2020__20260925
#субсидиарная_ответственность
В деле о банкротстве ООО ПСК «Тамир» конкурсный управляющий требовал привлечь бывших руководителей и участников общества к субсидиарной ответственности.
Первая инстанция привлекла Раднажапова Ж.Д.-Д., руководившего должником с 14.09.2016 по 27.02.2019, к ответственности за неподачу заявления о банкротстве и взыскала с него 20,55 млн руб. Апелляция этот вывод поддержала.
⚖️ Позиция Раднажапова Ж.Д.-Д. (податель жалобы)
➡️ наличие просроченной задолженности само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве;
➡️ суды не исследовали соотношение активов и обязательств общества и стоимость объектов незавершенного строительства;
➡️ хозяйственная деятельность продолжалась: общество строило жилые дома и получало разрешения на строительство и ввод объектов;
➡️ обстоятельства 2018 года нельзя автоматически использовать для вывода о наличии объективного банкротства еще в декабре 2016 года.
🔎 Позиция судов первой и апелляционной инстанций
🌀 по состоянию на 05.12.2016 задолженность по обязательным платежам превысила 300 тыс. руб.;
🌀 из этого суды вывели, что обязанность руководителя обратиться с заявлением о банкротстве возникла не позднее 05.04.2017;
🌀 неподача заявления стала основанием для привлечения Раднажапова Ж.Д.-Д. к субсидиарной ответственности.
🔎 Позиция суда округа
📎 Неоплата конкретного долга не равна объективному банкротству
АС Восточно-Сибирского округа указал: неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения обязательств вследствие недостаточности денежных средств и должна носить объективный характер.
Нельзя отождествлять ее с неоплатой отдельного долга конкретному кредитору. Поэтому само превышение налоговой задолженностью установленного порога не доказывает наступление критического финансового состояния должника.
📎 Нужно установить момент, когда кризис стал очевиден разумному руководителю
Для ответственности за неподачу заявления необходимо определить, когда добросовестный и разумный руководитель в сходных обстоятельствах должен был понять, что продолжение нормальной хозяйственной деятельности уже невозможно без ущерба должнику и кредиторам. Именно этот момент, а не формальное наличие просрочки, определяет возникновение обязанности обратиться в суд.
📎 Суды не исследовали реальное имущественное положение должника
По отчетности за 2016 год активы ООО ПСК «Тамир» составляли 375,34 млн руб. Кроме того, позднее в конкурсную массу было включено имущество рыночной стоимостью 81,7 млн руб.
Поэтому ссылка апелляции на прекращение другого дела о банкротстве в 2018 году из-за отсутствия средств на финансирование процедуры сама по себе не подтверждала отсутствие активов в 2016 году.
📎 Продолжение строительства могло иметь значение для оценки антикризисного плана
Округ обратил внимание, что должник продолжал строительство и получал разрешения вплоть до 2020 года. Нижестоящие суды не проверили, могло ли продолжение проектов быть экономически обоснованным планом преодоления кризиса.
Такой план необязательно должен существовать в виде отдельного документа — он может подтверждаться совокупностью переписки, протоколов и иных доказательств.
В итоге округ признал выводы о дате объективного банкротства и, как следствие, о размере ответственности преждевременными. Судебные акты отменены в части привлечения Раднажапова Ж.Д.-Д. и взыскания с него денежных средств, спор направлен на новое рассмотрение.
Постановление АС ВСО от 25.09.2026 по делу № А10-2545/2020. А10-2545-2020__20260925