ПЛАТФОРМА ЗАБИЗНЕС.РФ

Элина Сидоренко: Россия - инициатор Конвенции ООН против киберпреступности

«В Абу-Даби завершил работу 15-й Конгресс ООН по предупреждению преступности и уголовному правосудию, где я работала в составе российской делегации. Он показал, что мировое сообщество как никогда озабочено качественной и количественной трансформацией цифровой преступности.

Мошенничество, отмывание денег, торговля людьми и вербовка в преступные схемы устроены как распределенные сети, где организатор, исполнитель и жертва находятся в разных странах. По оценке ЮНОДК, только в части Азии и Океании потери от мошеннических центров составляют 80–114 млрд. долларов в год.

В мошеннических центрах выявлены представители более 80 национальностей, и значительная часть из них - жертвы торговли людьми, принужденные обманывать других. Арендованные банковские счета нередко принадлежат тем, кого сами обманули. Очевидно, что современное право должно различать организатора, соучастника и принужденного человека, иначе борьба с преступностью превратится в преследование самых доступных, а не самых виновных.

🔻По данным экспертного опроса участников Конгресса, каждый четвертый респондент сталкивался с цифровым мошенничеством, но о преступлениях заявляют лишь от 17 до 43% потерпевших. Поэтому государству нужны не только карательные меры, но и доступная помощь, защита детей онлайн и честное измерение вреда.

🔻Обращу внимание и на цифровое сексуальное насилие. Во многих странах нет даже национальных оценок распространенности сексуальной эксплуатации детей в сети, а в ряде языков нет самого термина «груминг». В итоге невозможно защитить права, которые не определены и не измерены.

📍Россия - инициатор Конвенции ООН против киберпреступности. На Конгрессе мы подтвердили курс на ратификацию и поддержку дополнительного протокола. Но для вступления договора в силу нужны 40 ратификаций, а их пока единицы. Наша задача - перейти от подписей к практике: быстрый обмен информацией, срочное сохранение цифровых доказательств, четкие гарантии защиты персональных данных и соразмерности мер.
Очевидно, что цифровую преступность нельзя победить в одиночку. Нужны сотрудничество без политизации, ответственность платформ и финансовых каналов, защита принужденных и детей, прозрачные правила применения ИИ с обязательным человеческим контролем, особенно в делах о тяжких преступлениях и с уязвимыми потерпевшими», - рассказала член СПЧ, профессор МГИМО, глава «Белого Интернета» Элина Сидоренко.

Игра в прятки с государством: почему «обеление» рынка труда буксует в цифровом веке

Профессор кафедры управления персоналом и психологии Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов в авторской колонке специально для «Суверенной экономики»:

В России активно задействуют цифровые инструменты для вывода рынка труда из тени. Минтруд и ФНС рассчитывают к концу 2026 года официально трудоустроить 1,3 млн человек. Однако усиление контроля само по себе не решает проблему.

По разным оценкам, в серой зоне экономики находятся от 5 до 15 млн россиян. Для государства это не только недополученные налоги и страховые взносы, но и нагрузка на систему соцзащиты. Поэтому инструментарий проверяющих органов совершил качественный скачок. Эпоха точечных рейдов уступила место тотальному автоматизированному анализу Big Data.

Специальные программные комплексы налоговой перекрестно сопоставляют отчетность компаний. Под подозрение мгновенно попадают те, у кого зарплаты хотя бы у 10 сотрудников оказываются ниже МРОТ или существенно отклоняются от средних показателей по отрасли в регионе. Алгоритмы научились сопоставлять физическую инфраструктуру с кадровой: если у торговой сети бьют чеки 10 онлайн-касс, а официально оформлено всего 2 кассира, система автоматически отправляет данные в новые Региональные межведомственные комиссии и Роструд.

Но у этой системы есть пределы. Работник, у которого есть долги по кредитам или алиментам, может избегать официального трудоустройства из-за риска взыскания части заработка. Для некоторых семей оформление дохода способно повлиять на право получать адресные пособия. Другие не видят достаточной выгоды в уплате взносов, особенно если их пенсионные ожидания невысоки. В результате решение работать неофициально нередко складывается из нескольких причин, а не только из желания работодателя сократить расходы.

Компании могут предлагать штатным сотрудникам перейти в самозанятые, чтобы снизить обязательные платежи. В ответ государство усиливает контроль и стремится отличать самостоятельную деятельность от фактической работы по найму. Однако важно, чтобы борьба со злоупотреблениями не превращалась в препятствие для добросовестных самозанятых, которым такой режим действительно подходит.

Наличные расчеты также остаются частью неформального рынка. В бытовых услугах — от ремонта автомобилей до работы нянь — оплата наличными позволяет не отражать доходы в отчетности. Некоторые клиенты и исполнители выбирают этот способ из-за комиссий за безналичные платежи или опасений по поводу блокировки переводов. Но цифровой контроль за переводами не устраняет экономические причины.

Дальнейшее «обеление» рынка труда зависит не только от новых алгоритмов и проверок. Нужны условия, при которых легальная работа будет выгодна и работнику, и МСП. Один из возможных подходов — более гибкая нагрузка на низкие доходы: например, снижение НДФЛ и страховых платежей для тех, кто зарабатывает меньше или около МРОТ, с постепенным переходом к стандартным ставкам. Это потребует точных расчетов, чтобы не подорвать финансирование социальных обязательств.

Зарубежный опыт показывает и другие способы «обеления». В Бельгии и Франции применяются ваучеры для домашних услуг: господдержка помогает сделать официальную услугу доступнее для клиента, а работнику обеспечивает легальное оформление. В разных странах также используют льготные режимы для малого бизнеса и связывают доступ к отдельным программам поддержки с прозрачностью доходов.

Полностью отказаться от соцвзносов нельзя: они обеспечивают финансирование базовых гарантий. Но и считать, что одной цифровизации достаточно для легализации рынка, было бы ошибкой. Если официальная занятость ведет к резкому сокращению располагаемого дохода или лишает семью необходимой поддержки, одни только проверки не изменят мотивацию людей. Устойчивое «обеление» требует сочетания контроля с понятными правилами, доступными легальными услугами и налоговой нагрузкой, которую работники и МСП способны выдержать.

Сегодня российская делегация вновь обозначила принципиальная позицию на пленарной сессии Конгресса ООН.
С ярким заявлением выступил судья Верховного суда РФ Денис Кунев. Он заявил, что «преступность быстро меняется под влиянием цифровых технологий. Это требует развития новых подходов к эффективности и доступности уголовного правосудия.
В России одним из ключевых направлений такой работы стало внедрение нейросетей в судебную деятельность.
Верховным Судом реализуется Концепция внедрения технологий искусственного интеллекта в судопроизводство. Она предусматривает системную модель апробации и внедрения цифровых решений с оценкой их эффективности и возможных рисков.
Реализацию Концепции осуществляет Центр судебных компетенций в сфере искусственного интеллекта, объединяющий судебную, научную и технологическую экспертизу. Перспективные технологии проходят апробацию, а результаты пилотирования оцениваются до принятия решения об их дальнейшем внедрении.
Практическая работа уже ведется в российских судах. В регионах тестируются пять отечественных больших языковых моделей, обучаемых на правовых позициях Верховного Суда и практикообразующих судебных решениях.
К разработке перспективных проектов привлечены научные центры, университеты и молодежь. Верховным Судом России инициирован публичный конкурс «Алгоритм правосудия. Второе мнение», в рамках которого молодые исследователи создают прототипы систем искусственного интеллекта для получения судьей дополнительного аналитического мнения при рассмотрении уголовного дела».
Это заявление сильно выбивается из контекста государственных выступлений других стран тем, что в нем не только выражается озабоченность ростом преступности, но звучат конкретные предложения по тому, как использовать цифровые технологии во благо правосудию.