О детях, семьях и решениях, которые меняют судьбы
Вчера в Нахимовском суде, сегодня в Гагаринском суде состоялись заседания по делам об отмене ограничения и лишении родительских прав. Для всех участников процесса — судей, органов опеки, прокуратуры и, конечно, для меня как Уполномоченного по правам ребёнка в городе Севастополе — это не просто рутинные дела. Это моменты, где решается судьба детей.
Закон даёт родителям шанс на исправление, и отмена ограничения прав — это всегда история надежды и большой ответственности. Но есть и другая сторона. Лишение родительских прав — это крайняя, вынужденная мера. Она применяется тогда, когда все другие способы защитить ребёнка исчерпаны, а его нахождение в кровной семье представляет реальную угрозу для жизни и здоровья.
В эти дни мы как никогда остро столкнулись с главной дилеммой: право ребёнка на семью и его незыблемое право на безопасность. Никакие кровные узы не могут быть оправданием для насилия, пренебрежения или опасности.
Вчера в Нахимовском суде, сегодня в Гагаринском суде состоялись заседания по делам об отмене ограничения и лишении родительских прав. Для всех участников процесса — судей, органов опеки, прокуратуры и, конечно, для меня как Уполномоченного по правам ребёнка в городе Севастополе — это не просто рутинные дела. Это моменты, где решается судьба детей.
Закон даёт родителям шанс на исправление, и отмена ограничения прав — это всегда история надежды и большой ответственности. Но есть и другая сторона. Лишение родительских прав — это крайняя, вынужденная мера. Она применяется тогда, когда все другие способы защитить ребёнка исчерпаны, а его нахождение в кровной семье представляет реальную угрозу для жизни и здоровья.
В эти дни мы как никогда остро столкнулись с главной дилеммой: право ребёнка на семью и его незыблемое право на безопасность. Никакие кровные узы не могут быть оправданием для насилия, пренебрежения или опасности.