Эксперт К.Ратченко

ЗАКРЫТИЕ МОЕГО КАНАЛА

Друзья, я решил больше не вести канал — как минимум до 1 октября. А может, и дольше. Причины — буддистского характера. Заметил, что с нового года как-то сильно политизировался, и из меня начали выплескиваться юмористические откровения в адрес всё чаще происходящего безумия и социально перспективной коллективной ошибочности. Что будет дальше? — спросил бы Нурлан Сабуров певца Шамана, если бы оба не были посланы прочь из обоймы российского развлекательно-государственного информационного пространства. А я знаю, что будет дальше, и это уже не важно.

И теперь, когда чёрным лебедем инста-блогер учреждает субъектность своих подписчиков в противовес внутриполитическому медиаменеджменту, или когда противостояние и еженедельное состязание ресурсных фигур системно случается у всех на виду, повышая градус общественного интереса к вопросам разного рода госуправления — и всё это происходит в тот конкретный период, когда у страны есть «заказ» на позитив и спокойствие — на дворе предвыборный год, — я думаю, будет лучше для нас всех, если я возьму аскезу на выражение своих мыслей и, усевшись в кресло информационно-политического «куколда», буду просто наблюдать, а не участвовать в публичном диалоге власти и общества.

Веселитесь без меня, а я пошёл писать «великий американский роман» — про них-то можно. Шучу, не буду я ничё писать, буду рилсы листать. Присылайте! Я всегда их смотрю и лайкаю.

Сделал обложку для карусели в Инстаграме (запрещенном, естественно)

Сделал видеообложку к тексту!

https://max.ru/konstantin_ratchenko/AZ3d7769FpI

«ВОЗЬМИ ТЕЛЕФОН, ДЕТКА» — НА СВЯЗИ ВЦИОМ

Час назад был звонок от ВИЦОМ. Перезвонил — сказали, что по этому номеру нет обратной связи. Только что был пропущенный от Медиаскоп, это компания, которая кнопки (пиплметры) устанавливает у телезрителей, чтобы замеры рейтингов шоу делать. Перезвонил — сказали, что сейчас не работают.

ЖКХ, вы чё творите? ВЦИОМ, если мне не перезвоните, чтобы я 15 минут отвечал на вопросы о том, как я отношусь ко всему, я найду ваши вопросы и буду подробно на каждый отвечать текстом с аргументами и ссылочками в своём Телеграм-канале! Да, это шантаж.

Медиаскоп, вас это тоже касается. Если в течение дня мне на видеодвойку не будет установлена кнопка, я куплю пиплметр на Авито и каждый день буду поднимать рейтинги всякому говну и портить статистику (не знаю ещё какую, но какую-нибудь обязательно!). Пусть потом ваши аналитики объясняют рекламодателям, почему в панели внезапно появился городской скуф, который днём смотрит «Беременна в 16. Ждули», а вечером что-нибудь ещё совсем не то.

Два сорванных звонка, два раза перезвонил — и два раз меня практически загостили! Кошмар.

Я вам не депутат Виталий Милонов —меня просто так под аплодисменты и народные овации на три буквы не послать!

Очень жду звонков. Готов представлять общественное мнение по всем вопросам. И даже по тем, которых нет в анкете.

Владимир Соловьев извинился перед Викторией Боней

Мессенджер «Мах» переименовали в «Макс». Вот почему:

Х — это хаос,
КС — Конституционный строй.

Логично же.

Тим Кук признал поражение и покинул пост главы Apple после того, как Минцифры РФ запретило российским мобильным операторам оплачивать подписки россиян.

Безоговорочная победа Максута Шадаева. Так их!

КАК БОНЕ ВЫКИНУТЬ МИЛОНОВА

Если Виктория Боня захочет не только наказать Виталия Милонова в суде, но и лишить его эфиров в СМИ, вытолкнув из политики, её ресурсов для этого вполне хватит. Вряд ли многие коллеги Милонова сильно расстроятся: он годами скорее дискредитирует статус депутата, чем усиливает.

Как это сделать? Сейчас Милонов участвует в предварительном голосовании «Единой России» по 218‑му одномандатному округу в Петербурге, чтобы зацепиться за ещё один срок в Госдуме. У Бони 13 миллионов подписчиков — аудитория уровня целого региона. Если она предложит кому-то из своих подписчиц выдвинуться на праймериз против Милонова и призовёт своих подписчиков не просто «ставить лайки», а проголосовать за эту кандидатку, Милонов имеет все шансы проиграть. Если проиграет праймериз, то и кандидатом на сентябрьских выборах не пойдёт — тогда его политическая карьера в федеральном парламенте закончится, а для СМИ он станет забыт не интересен, как АйсБакет челлендж.

Сидит как-то замминистра на сундуке с украденными у государства деньгами. А по телевизору новость: «Очередной замминистра, присвоивший пять миллиардов, сел».

Замминистра опечалился: борьба с коррупцией идёт, даже с замминистрами. Придётся меньше воровать, экономить, как эти самые, как их там. Сидит, грустит.

Тут дочка-школьница подходит и говорит:
— Пап, мне нужно сто тысяч долларов на учёбу, я хочу в сентябре в Стэнфорд поехать.
— Эх, доча, в Стэнфорд — нежелательно.

ВОСЕМЬ ЧАСОВ БЕЗ ВПН —
ХОД В ПОДДЕРЖКУ РКН!

Вчера я решил поддержать РКН и Минцифры в их непростой борьбе с ВПН и провёл восьмичасовую политическую акцию. Вместо того чтобы потакать Павлу Дурову и прочим айтишникам, я сделал реально полезное дело — собственноручно отключил ВПН на восемь часов.

Восемь часов — это целый рабочий день Вэпээна, который я цинично отправил в неоплачиваемый отпуск. С 00:00 до 8:00 утра я отключил ВПН и с чистой совестью отправился спать. Пусть, суки, знают, что этот их ВПН, или, как говорят в Центре мониторинга и управления сетью связи общего пользования, подчинённом Роскомнадзору, — этот ебучий, сука, нахуй, бля, как он нас заебал, ёбаный ВПН — мне не нужен. Одной рукой я выключил «туннель» так жёстко, как будто перекрыл випиэну кислород. Представляю, как ему было больно.

Спалось мне без ВПН, честно говоря, даже лучше, чем раньше, когда я его необдуманно оставлял включённым на ночь. Я не знаю, совпадение это или нет, но сны реально стали интереснее и добрее. Никаких кошмаров не снилось. Хотите верьте, хотите нет, но факт остаётся фактом: без ВПН голова работает чище, а мысли яснее.

Поэтому те, кто говорят, что ВПН нужен какому-то там бизнесу и инфраструктуре, пусть башку не морочат. Бизнесу нужен не ВПН, а совесть, а инфраструктуре — нормальные руки, а не «туннели» до Амстердама и прочие отговорки. Все эти «без ВПН экономика покажет отрицательный рост» звучат как реклама от зависимых, не более.

На целых восемь часов я сегодня отключал этот сраный ВПН — и был искренне счастлив в этот прекрасный период цифровой трезвости. Сегодня ночью отключу ВПН уже не на восьмичасовой рабочий день, а на двенадцатичасовой, как предлагает предприниматель Олег Дерипаска. Свою политическую акцию в поддержку РКН и Минцифры я обязательно повторю и завтра — и буду делать так до тех пор, пока ВПН не будет выдавлен в бездонную пропасть вечного лага, где ему, мрази, и самое место.

НЕДАЛЁКОЕ БУДУЩЕЕ

На повестке дня стоял важный вопрос — чем бы ещё заняться во имя развития.

— Товарищи! Есть идея. Предлагаю запретить искусственный интеллект! — торжественно объявил председатель.

— Хорошая идея!

— Очень вовремя!

— Да, актуально, поддерживаю!

Все поддержали единогласно.
Повисла удовлетворённая пауза.

— Так ведь вонять будут, — осторожно заметил кто‑то с края стола. — Надо им какую-нибудь альтернативку дать, чтоб не ныли.

Наступило деловое оживление.

— Предлагаю тем, кому ИИ полюбился, в качестве компенсации выдать по коробке цветного пластилина! Пусть лепят, что хотят.

— Да, достойная компенсация: и творческое мышление развивает, и моторику рук. Одни плюсы!

— Поддерживаю!

Все поддержали единогласно.
Протокол заседания был признан успешным, а вопрос прогресса — окончательно урегулирован.

ПИК ЦИФРОВОГО РАЗВИТИЯ

Походу блокировками во имя цифрового развития занимаются те же самые специалисты, что и пересылкой кружков в мессенджере Макс, когда кружки улетают не тому, кому отправлялись. Телефонный разговор блокировщиков — би лайк:

— Чё блокируем сегодня?
— Телеграм!!!
— Т-банк? Не расслышал.
— Нет!
— Сбер? Блядь, нихуя не слышно. Ладно, хуй с ними — блокирую Т‑банк и Сбер!

Цифровое развитие в России, конечно, своеобразное: им занимается Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций. Большие профессионалы своего дела! Как Лариса Долина.

ТРИ РУБЛЯ

Вчера, как всегда, вместо диких омаров, сладких устриц и фаршированных ковидом летучей мыши я решил насладиться уличной шавухой.

— Мне, — говорю, — острую.

Шаурмейкер кивнул, пригласил к оплате. Я приложил карту и стал ждать заказ. Он доделал, протягивает шавуху и говорит:

— Держите, но подождите.

И лезет открывать кассу.

— Так я же безналом расплатился, сдачи не жду, — говорю.

— Забыл халапенью положить!

И достаёт из кассы пятидесятирублёвую купюру и три золотые монеты, как в сказке про Буратино.
Я растерялся.
Наличные видел последний раз, когда платил за прошлую съёмную квартиру на Преображенской в доме номер три на улице Хромова, а мелочь вообще не ношу — нахуй она нужна.

Что теперь с этим делать? Что можно купить за восемьдесят рублей, если даже проезд в метро стоит восемьдесят три?
Я, конечно, попытался в метро. Но злая тётенька моих лет за восемьдесят рублей только развернула у турникета и пригрозила пальцем.

С тех пор вот хожу-брожу по Москве — от Китай-города до Лубянки — и ищу три рубля. Ведь единственное, что можно купить на восемьдесят рублей, — это халапенью. Но никто мне его не продаёт.

Так и пристаю к прохожим:

— Простите, не найдётся трёх рублей? На проезд не хватает. Нет? Понял. А халапенью?

Новости за последний год выглядят так: какой‑нибудь зумер кого‑то забуллил, избил или убил. А какой‑нибудь икс (поколение 1965–1980), работая чиновником, был задержан и отправлен в СИЗО за коррупцию.

Миллениалы тем временем попадают в новости в основном тем, что не могут отпустить 2007‑й, а когда эпоха их детства внезапно возвращается, уже жалуются, что новый трейлер про Гарри Поттера им не понравился.

ЭПИДЕМИЯ ВПН ТРЕБУЕТ ЖЁСТКИХ МЕР

Сегодня прочитал, что в России заблокировали популярные ВПН. И знаете, испытал не раздражение, а чистую, крепкую радость. Потому что мощной айти‑терапией были выхимичены эти информационно летальные метастазы западного врага. Сколько лет такие цифровые опухоли разъедали интернет организм страны, и вот, наконец, скальпель пошёл в дело.

Мне давно очевидно: ВПН — это не инструмент, а бляцкий диджитал коронавирус. Только поражает он не компуктер, а мозг. Человек начинает гуглить не погоду и научные статьи про Масленицу, а извращённое порно, анархию, альбомы «Битлз» и прочую идейную слякоть и вскоре уже не отличает одно от другого. С этого всё и начинается: сначала интернет через ВПН, потом душевная катастрофа, а там и фашистская симптоматика не за горами.

Когда вижу человека с ВПН, у меня всегда возникает стойкое ощущение морального отвращения. Не то чтобы прям ненавижу, скорее лёгкое профессиональное беспокойство. Как у врача, который сразу понимает диагноз. Смотреть на жизнь через призму ВПН — это как пить водку ради идейной свободы. На такое способны только больные ублюдки.

Очевидно, что каждый пользователь ВПН — потенциальный преступник. Пусть даже пока не осознавший своего преступления, но уже вполне достойный наказания. Вообще, пора бы признать ВПН формой экстремизма. Знаете, как он расшифровывается? ВРАЖЕСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ НАСЕЛЕНИЯ. Не шутка.

С ВПНщиками нужно как с ЛГБТшниками (запрещённой экстремистской организацией, разумеется), без злобы, но с твёрдостью. Чтобы знали, что такое хорошо и что такое плохо.

Когда вижу человека с ВПН, я сразу понимаю, он, сука, что-то замышляет. Это типичная метка предателя: взгляд бегает, в голове шумят западные мысли, и непонятно, он тебя сейчас бутылкой ударит или под машину толкнёт. У порядочного человека ВПН быть не может. Он ему просто не нужен. У него есть сайт Госуслуг для жизни, Мейл.ру, чтобы получать письма от Госуслуг, и совесть.

Лично я выбираю интернет без ВПН, пиво без алкоголя, подкасты без звука.

МОЙ ФАЛЬСТАРТ НА КИТАЙ-ГОРОДЕ

Подхожу сегодня к метро. Вижу — дверь закрыта. Обычно толпа, двери туда‑сюда, трафик как на рынке. А тут — тишина и закрытая дверь, как у пустых помещений под аренду, которые рассыпались по Москве.

Я, понятное дело, сразу понял, чё к чему: думаю, ну всё — мобильный интернет разрешили, а метро запретили. В целом логично: мало ли по каким тёмным делам люди по городу разъезжают, тем более с интернетом. Одобряю!

Уже разворачиваюсь, естественно радостный, идти пешком, думаю: зато десять тысяч шагов для здоровья добью. И тут мимо меня какой‑то суетной тип пролетаeт прямо к этой закрытой двери. Я ему вслед: «Долбоёб, метро запретили!»

А он просто открывает дверь и заходит, оборачивается на меня. Пришлось оперативно сделать вид, что я по телефону разговариваю, и тактически отвернуться.

Значит, метро ещё не запретили. Пришлось тоже воспользоваться: постоял минуты две, правда, чтобы с тем типом не пересекаться, и тоже зашёл в метро. А десять тысяч шагов для здоровья потом сделаю!

РКН: Фас!
ФАС: Мяу.

Есть госорганы, которые закупают рекламу в Телеграм через государственные тендеры. Телеграм в последние годы стал главной площадкой, которую читают чиновники всех рангов, поэтому мелькать в ленте и обрабатывать эту ЦА — священный приоритет. Логика простая: если тебя нет в Телеграме, тебя нет в повестке, а если тебя нет в повестке, зачем ты вообще тратишь бюджет?

Отсюда и вой недовольства некоторых телеграм‑каналов: «Отменять Телегу? Алло! Госзакупка уже проведена, бюджеты расписаны, впереди обязательства перед заказчиком». Сам заказчик сидит и выпучив глаза, удивляется: «Как же так, товарищи, деньги уплочены, админы каналов заряжены, KPI по охватам подписаны, а нам тут внезапно Телегу запрещают! Во дела…»

С другой стороны, ФАС в этой истории выглядит как стеснительный подросток на дискотеке: вроде пришёл, за вход уже заплатили, музыка орёт, а он стоит у стены, мяукает что‑то про «регуляторику» и боится сделать лишнее движение. Не вписывается в драку, не выгоняет никого из зала, только поправляет бейджик и делает вид, что так и было задумано. Мессенджер Макс вместо того, чтобы сменить команду разработчиков на людей, умеющих делать хоть что‑то устойчивое, уже привлёк к продвижению сервиса бывшего кандидата в президенты с рейтингом 1,68% — Ксению Собчак. Ни для кого же не секрет, что в информационной поддержке лучше всего помогает человек, которого электорат один раз уже отрепетировал игнорировать. Ход, конечно, сильный: если уж падать, то сразу в глубину народной любви. А тут ещё и ФАС мнётся в стиле «пупупу».

Тем временем глава «Газпром‑Медиа» Александр Жаров в интервью «Коммерсанту» делится, что в планах у ГПМ в 2026 — выход на самоокупаемость по всем направлениям. Рутуб в связке с Премьер растёт. На этом фоне ФАС ведёт себя не как жёсткий регулятор, а всё тот же застенчивый подросток, который пять раз набрал сообщение «мы сейчас всех проверим» и столько же раз стёр. Слабовато, как последний сезон «Очень странных дел».

Настоящий бро стоит до конца, даже когда холодно и ноги болят. А здесь какое‑то мяуканье доброе.

Хорошо ли это? Конечно, хорошо.
Плохо ли это? Конечно, плохо.
Затрудняюсь ли ответить? Конечно, затрудняюсь.

Все позиции хороши, когда смотришь на это уже как на ситком.

В Москве наконец-то дали мобильный интернет. Москвичи выстроились в очередь к дворовой колонке с интернетом и набирают полные вёдра контента, пока снова не отключили. Кто-то аккуратно наливает себе только Телеграм и новости, кто-то жадно переливает рилсы через край, оставляя на асфальте липкие лужи чужих сторис. В целом все счастливы.
У колонки бабушка с кнопочным айфоном 3310 берёт пол-ведра: «Мне тут только коммуналку оплатить и внуку отписаться». За ней айтишник с тремя канистрами просит не толкаться: у него бэкапы, облако и чуть-чуть Ютуба «на вечер». Недовольных нет — никто не жалуется.

Выбираю новый телефон. Какой цвет лучше? Мне нравится нюдовый!