Обратный квантовый скачок
Компания NEC, стоявшая у истоков сверхпроводниковых квантовых вычислений, тихо свернула разработку собственного квантового процессора — решение было принято ещё в марте, но публично о нём стало известно только на этой неделе, когда историю раскопала Nikkei Asia.
Путь до коммерческой отдачи оказался для NEC слишком длинным, чтобы тягаться по капиталоёмкости с IBM и Google, которые продолжают наращивать вложения в железо кратно быстрее. Вместо гейт-based архитектуры NEC сосредоточится на квантовом отжиге и «квантово-вдохновлённых» вычислениях на обычных серверах — там, где отдача понятнее и быстрее. Часть исследователей, по данным СМИ, уже перешла в Fujitsu, которая, наоборот, наращивает аппаратные амбиции.
Именно NEC в 1999 году первой в мире продемонстрировала работающий сверхпроводниковый кубит — тот самый принцип, который сегодня лежит в основе архитектуры все тех же IBM, Google и Rigetti. Прорыв случился в лаборатории компании в Цукубе. Показательно, что все трое авторов прорывной статьи в Nature в итоге ушли из корпоративной лаборатории в академическую науку — задолго до того, как NEC смирилась с отставанием от американских лидеров.
Прорыв 1999 года случился благодаря Цаю Чжаошэню, руководителю группы и одному из отцов-основателей всего направления и Ясунобу Накамуре, который указан первым автором знаковой статьи в Nature. Впоследствии он стал профессором Токийского университета и главой исследовательской группы в RIKEN. Третьим же автором был наш соотечественник Юрий Пашкин. Формально он числился в CREST (программе японского научного агентства JST), но фактически работал бок о бок с командой NEC.
Пашкин — птенец советской физической школы, аффилированный с Физическим институтом им. Лебедева РАН, в начале 90-х прошёл через визитинг-позиции в Швеции, Германии и Финляндии, прежде чем осесть в лаборатории NEC в Цукубе. Позже, как и оба его соавтора, он покинул компанию — с 2011 года заведует кафедрой экспериментальной физики конденсированного состояния в Ланкастерском университете в Великобритании, где продолжает заниматься сверхпроводниковыми наносхемами и квантовой метрологией.
И это показывает, что современная фронтирная наука, такая, как квантовые вычисления, дошла до таких пределов, где одной компании или даже одной стране — не справиться. Суверенная гонка в одиночку — будь то корпоративная или национальная — обречена на провал. Теперь для движения необходима кооперация лучших умов всего человечества, а закрытие границ и попытка обособиться — путь в никуда.
Читайте «Неквантовать!» в Telegram и Максе!
Компания NEC, стоявшая у истоков сверхпроводниковых квантовых вычислений, тихо свернула разработку собственного квантового процессора — решение было принято ещё в марте, но публично о нём стало известно только на этой неделе, когда историю раскопала Nikkei Asia.
Путь до коммерческой отдачи оказался для NEC слишком длинным, чтобы тягаться по капиталоёмкости с IBM и Google, которые продолжают наращивать вложения в железо кратно быстрее. Вместо гейт-based архитектуры NEC сосредоточится на квантовом отжиге и «квантово-вдохновлённых» вычислениях на обычных серверах — там, где отдача понятнее и быстрее. Часть исследователей, по данным СМИ, уже перешла в Fujitsu, которая, наоборот, наращивает аппаратные амбиции.
Именно NEC в 1999 году первой в мире продемонстрировала работающий сверхпроводниковый кубит — тот самый принцип, который сегодня лежит в основе архитектуры все тех же IBM, Google и Rigetti. Прорыв случился в лаборатории компании в Цукубе. Показательно, что все трое авторов прорывной статьи в Nature в итоге ушли из корпоративной лаборатории в академическую науку — задолго до того, как NEC смирилась с отставанием от американских лидеров.
Прорыв 1999 года случился благодаря Цаю Чжаошэню, руководителю группы и одному из отцов-основателей всего направления и Ясунобу Накамуре, который указан первым автором знаковой статьи в Nature. Впоследствии он стал профессором Токийского университета и главой исследовательской группы в RIKEN. Третьим же автором был наш соотечественник Юрий Пашкин. Формально он числился в CREST (программе японского научного агентства JST), но фактически работал бок о бок с командой NEC.
Пашкин — птенец советской физической школы, аффилированный с Физическим институтом им. Лебедева РАН, в начале 90-х прошёл через визитинг-позиции в Швеции, Германии и Финляндии, прежде чем осесть в лаборатории NEC в Цукубе. Позже, как и оба его соавтора, он покинул компанию — с 2011 года заведует кафедрой экспериментальной физики конденсированного состояния в Ланкастерском университете в Великобритании, где продолжает заниматься сверхпроводниковыми наносхемами и квантовой метрологией.
И это показывает, что современная фронтирная наука, такая, как квантовые вычисления, дошла до таких пределов, где одной компании или даже одной стране — не справиться. Суверенная гонка в одиночку — будь то корпоративная или национальная — обречена на провал. Теперь для движения необходима кооперация лучших умов всего человечества, а закрытие границ и попытка обособиться — путь в никуда.
Читайте «Неквантовать!» в Telegram и Максе!