КАК ГЭСЭРА ПЫТАЛИСЬ «ОТМЕНИТЬ»
В 1948 году в Бурят-Монголии эпос «Гэсэр» объявляли «антинародным» и «феодально-ханским». Его противники утверждали, что он прославляет ханов, а учёные, которые его изучают и готовят к изданию, поддерживают «буржуазный национализм».
Под ударом оказались публикация эпоса, подготовка его юбилея и сами исследователи. Первый секретарь обкома Александр Кудрявцев выступал против издания «Гэсэра». Защитников эпоса подвергали травле и снимали с должностей.
Но фольклорист Алексей Уланов, историк Буянто Санжиев и другие учёные продолжали отстаивать его значение.
В феврале 1953 года научная сессия в Улан-Удэ признала бурятские версии «Гэсэра» в своей основе народными, а эпос — ценным культурным наследием.
Людям, сохранившим рассказы предков, пришлось ещё и доказывать, что их можно издавать.
В 1948 году в Бурят-Монголии эпос «Гэсэр» объявляли «антинародным» и «феодально-ханским». Его противники утверждали, что он прославляет ханов, а учёные, которые его изучают и готовят к изданию, поддерживают «буржуазный национализм».
Под ударом оказались публикация эпоса, подготовка его юбилея и сами исследователи. Первый секретарь обкома Александр Кудрявцев выступал против издания «Гэсэра». Защитников эпоса подвергали травле и снимали с должностей.
Но фольклорист Алексей Уланов, историк Буянто Санжиев и другие учёные продолжали отстаивать его значение.
В феврале 1953 года научная сессия в Улан-Удэ признала бурятские версии «Гэсэра» в своей основе народными, а эпос — ценным культурным наследием.
Людям, сохранившим рассказы предков, пришлось ещё и доказывать, что их можно издавать.