Недавно я принял участие в VI Всероссийской конференции «Опыт и тренды развития финансовой грамотности», которая проходила на базе Омского филиала Финансового университета при Правительстве РФ.
И после неё я начал немного по-другому смотреть на то, что происходит вокруг банков, мошенничества и вообще финансового поведения людей в интернете.
Если регулярно смотреть на интернет не только как на набор новостей и мемов, но и как на источник экономических сигналов, там довольно хорошо видны новые микропроцессы: как меняется спрос, какие услуги становятся востребованными, какие модели поведения появляются у людей.
А мошенничество в этом смысле уже давно перестало быть просто набором отдельных историй про обманутых людей. Это огромный экономический процесс со своей инфраструктурой, спросом и предложением
.
И вот поэтому мне стала интересна довольно парадоксальная вещь.
Мне рассказали, что банк, который исторически сильно связан с сельской местностью, практически не используется в некоторых теневых финансовых схемах. При этом по стоимости обслуживания он находится среди самых дешёвых банков — дешевле, кажется, только синий банк одного крупного маркетплейса.
И вот это уже интереснее самой истории про конкретный банк. Потому что получается своеобразный эксперимент: цена продукта может быть низкой, но если его инфраструктура, ограничения и система безопасности не соответствуют поведению пользователей, это всё равно влияет на реальный спрос.
На этом фоне особенно интересно смотреть на то, как работают новые антифрод-системы.
Раньше, когда мне рассказывали подобные истории, я честно не очень верил, что всё может быть настолько буквально.
Но потом столкнулся с этим сам.
При обычном переводе через банк у меня заблокировали счета из-за операции всего на 1220 рублей.
Классно же, правда?
Ты ничего не делал, ничего не подтверждал, просто переводишь деньги другу или родственнику — а дальше доказывай, что ты не верблюд.
И самое интересное: банк приглашает тебя к себе, чтобы «решить проблему», а по факту ты приходишь уже не за банковской услугой, а для того, чтобы объяснять, почему совершил обычный перевод.
И вот тут возникает довольно забавный парадокс. Антифрод вроде бы должен защищать человека от мошенников, но в результате сам создаёт ситуацию, в которой обычный человек должен бояться не только мошенников, но и последствий совершенно обычных операций.
А дальше мы вполне можем увидеть новости в духе: человек перевёл деньги мошенникам, потому что ему сказали, что счёт сейчас заблокируют из-за подозрительной операции, а чтобы «спасти деньги», нужно срочно перевести их на безопасный счёт.
Потому что чем сильнее человека приучают бояться блокировки собственных денег, тем убедительнее для него становится такая схема.
И вот здесь для меня главный вопрос уже не в том, насколько хорошо система умеет находить подозрительные операции.
Главный вопрос — где заканчивается защита клиента и начинается ситуация, когда сам клиент вынужден доказывать системе, что он не виноват?
Потому что в нормальной логике сначала должны быть основания считать человека нарушителем, а уже потом ограничения. А не наоборот: сначала заблокировать, а потом заставлять человека доказывать, что он ничего не сделал.
И вообще, где-то мы незаметно пришли к прекрасной модели: право нормально пользоваться своими деньгами у нас скоро будет только у людей 65+ — и то при переводе от 3 миллионов.
А ведь вроде бы действует довольно простой принцип: презумпция невиновности — это когда не человек должен доказывать, что он невиновен, а у системы должны быть основания доказать обратное.
И после неё я начал немного по-другому смотреть на то, что происходит вокруг банков, мошенничества и вообще финансового поведения людей в интернете.
Если регулярно смотреть на интернет не только как на набор новостей и мемов, но и как на источник экономических сигналов, там довольно хорошо видны новые микропроцессы: как меняется спрос, какие услуги становятся востребованными, какие модели поведения появляются у людей.
А мошенничество в этом смысле уже давно перестало быть просто набором отдельных историй про обманутых людей. Это огромный экономический процесс со своей инфраструктурой, спросом и предложением
.
И вот поэтому мне стала интересна довольно парадоксальная вещь.
Мне рассказали, что банк, который исторически сильно связан с сельской местностью, практически не используется в некоторых теневых финансовых схемах. При этом по стоимости обслуживания он находится среди самых дешёвых банков — дешевле, кажется, только синий банк одного крупного маркетплейса.
И вот это уже интереснее самой истории про конкретный банк. Потому что получается своеобразный эксперимент: цена продукта может быть низкой, но если его инфраструктура, ограничения и система безопасности не соответствуют поведению пользователей, это всё равно влияет на реальный спрос.
На этом фоне особенно интересно смотреть на то, как работают новые антифрод-системы.
Раньше, когда мне рассказывали подобные истории, я честно не очень верил, что всё может быть настолько буквально.
Но потом столкнулся с этим сам.
При обычном переводе через банк у меня заблокировали счета из-за операции всего на 1220 рублей.
Классно же, правда?
Ты ничего не делал, ничего не подтверждал, просто переводишь деньги другу или родственнику — а дальше доказывай, что ты не верблюд.
И самое интересное: банк приглашает тебя к себе, чтобы «решить проблему», а по факту ты приходишь уже не за банковской услугой, а для того, чтобы объяснять, почему совершил обычный перевод.
И вот тут возникает довольно забавный парадокс. Антифрод вроде бы должен защищать человека от мошенников, но в результате сам создаёт ситуацию, в которой обычный человек должен бояться не только мошенников, но и последствий совершенно обычных операций.
А дальше мы вполне можем увидеть новости в духе: человек перевёл деньги мошенникам, потому что ему сказали, что счёт сейчас заблокируют из-за подозрительной операции, а чтобы «спасти деньги», нужно срочно перевести их на безопасный счёт.
Потому что чем сильнее человека приучают бояться блокировки собственных денег, тем убедительнее для него становится такая схема.
И вот здесь для меня главный вопрос уже не в том, насколько хорошо система умеет находить подозрительные операции.
Главный вопрос — где заканчивается защита клиента и начинается ситуация, когда сам клиент вынужден доказывать системе, что он не виноват?
Потому что в нормальной логике сначала должны быть основания считать человека нарушителем, а уже потом ограничения. А не наоборот: сначала заблокировать, а потом заставлять человека доказывать, что он ничего не сделал.
И вообще, где-то мы незаметно пришли к прекрасной модели: право нормально пользоваться своими деньгами у нас скоро будет только у людей 65+ — и то при переводе от 3 миллионов.
А ведь вроде бы действует довольно простой принцип: презумпция невиновности — это когда не человек должен доказывать, что он невиновен, а у системы должны быть основания доказать обратное.