А теперь P&L из жизни. Когда горят склады Wildberries В январе 2024 года был большой пожар на складе Wildberries в Шушарах. А в ночь на 18 июля 2026 года RWB сообщила об атаках на логистические комплексы в Электростали и Котовске. Пострадали люди, товарные остатки и работа продавцов.

Для нашего бренда Вера Аюшеева это не отвлечённая новость. Мы производим одежду в Китае, привозим её в Россию и продаём в том числе через маркетплейсы.

И вот представьте: часть товара, на котором построен план продаж следующего месяца, внезапно становится недоступна. Что делать? Срочно везти новую партию? Перераспределять остатки? Останавливать рекламу? Ждать компенсацию?
Вот здесь и нужен P&L.
Не чтобы посмотреть, сколько мы заработали в прошлом месяце. А чтобы понять, какое решение сейчас экономически имеет смысл. На картинке я специально упростил расчёт.

Допустим, под угрозой 1,4 млн ₽ продаж. Но потеря продаж на 1,4 млн не означает, что бизнес потеряет 1,4 млн рублей. Из каждой продажи ещё оплачиваются товар, комиссия маркетплейса, логистика, возвраты. Предположим, после этих расходов с каждых 100 ₽ продаж у бизнеса остаётся 40₽. Тогда если продажи на 1,4 млн
действительно исчезнут, бизнес недополучит около 560 тысяч ₽. Теперь другой вопрос. Срочно перераспределить товар и ускорить поставку стоит 250 тысяч ₽. Дорого? Само по себе число ни о чём не говорит. Если эти 250 тысяч помогают сохранить 560 тысяч результата — смысл есть. А если покупатели просто переключатся на другие наши модели и реально мы потеряем только 500 тысяч продаж? Тогда недополучим около 200 тысяч. Потратить 250 тысяч, чтобы сохранить 200? Уже нет.

Вот что мне нравится в P&L. Он переводит разговор из:«У нас проблема, надо срочно что-то делать» в: «Сколько мы реально потеряем и сколько разумно потратить, чтобы этого не произошло?» И только после этого имеет смысл решать, что именно менять: логистику, рекламу, распределение товара между складами, FBS или страхование.

Сначала экономика решения. Затем само решение.