Не знаю, зачем пишу. Наверное, чтобы хоть кто-то знал.
Началось два месяца назад. Мне приснился клоун. Обычный, цирковой — белое лицо, красный нос, улыбка до ушей. Стоял в углу спальни. Просто стоял и смотрел.
Я проснулась, посмеялась. Ну приснилось и приснилось.
На вторую ночь он стоял ближе. На третью — сидел на краю кровати. Тогда я заметила: улыбка у него не нарисованная. Кожа трескается по краям рта. Слишком долго улыбается. Глаза стеклянные, не моргают.
Я перестала спать. Продержалась двое суток. На третьи вырубилась от усталости.
Он ждал.
Теперь он приходит каждую ночь. Иногда стоит в углу. Иногда сидит рядом. Однажды я проснулась от того, что он гладил меня по волосам. Рука холодная, как у мертвеца. Я закричала — он исчез. Но я чувствовала его пальцы ещё минут пять.
Я переехала спать в гостиную. Думала, поможет.
Он пришёл туда. Встал у двери. И заговорил — впервые. Голос тихий, скрипучий, как несмазанная дверь:
— Ты думаешь, стены тебя спасут?
Я проснулась. На подушке остался след от его ладони. Белая краска. Как грим.
Вчера он сказал:
— Скоро я перестану приходить во сне.
Я спросила, что это значит.
Он засмеялся. Тихо так. И ответил:
— Потому что скоро ты не будешь просыпаться.
Я не сплю третьи сутки. Он стоит у меня за спиной. Я чувствую его дыхание. Оно пахнет попкорном и чем-то гнилым.
Я не оборачиваюсь.
Потому что если обернусь — он поймёт, что я его вижу. А если я его вижу... значит, он уже не во сне.
Глаза закрываются сами. Он смеётся. Я слышу его смех.
Он не из сна.
Он из комнаты.
Началось два месяца назад. Мне приснился клоун. Обычный, цирковой — белое лицо, красный нос, улыбка до ушей. Стоял в углу спальни. Просто стоял и смотрел.
Я проснулась, посмеялась. Ну приснилось и приснилось.
На вторую ночь он стоял ближе. На третью — сидел на краю кровати. Тогда я заметила: улыбка у него не нарисованная. Кожа трескается по краям рта. Слишком долго улыбается. Глаза стеклянные, не моргают.
Я перестала спать. Продержалась двое суток. На третьи вырубилась от усталости.
Он ждал.
Теперь он приходит каждую ночь. Иногда стоит в углу. Иногда сидит рядом. Однажды я проснулась от того, что он гладил меня по волосам. Рука холодная, как у мертвеца. Я закричала — он исчез. Но я чувствовала его пальцы ещё минут пять.
Я переехала спать в гостиную. Думала, поможет.
Он пришёл туда. Встал у двери. И заговорил — впервые. Голос тихий, скрипучий, как несмазанная дверь:
— Ты думаешь, стены тебя спасут?
Я проснулась. На подушке остался след от его ладони. Белая краска. Как грим.
Вчера он сказал:
— Скоро я перестану приходить во сне.
Я спросила, что это значит.
Он засмеялся. Тихо так. И ответил:
— Потому что скоро ты не будешь просыпаться.
Я не сплю третьи сутки. Он стоит у меня за спиной. Я чувствую его дыхание. Оно пахнет попкорном и чем-то гнилым.
Я не оборачиваюсь.
Потому что если обернусь — он поймёт, что я его вижу. А если я его вижу... значит, он уже не во сне.
Глаза закрываются сами. Он смеётся. Я слышу его смех.
Он не из сна.
Он из комнаты.