Бывает, мы с мужем ссоримся, как все мужья и жены.
И бывает, что мой принципиальный и бесстрашный муж не хочет признавать, что это он во всём виноват. И в ссоре, и вообще.
В таких случаях я сильно расстраиваюсь, но никаких необдуманных поступков не совершаю.
Не обещаю подать завтра же на развод, не собираю ему чемоданы и даже не хлопаю в сердцах дверью.
Я просто начинаю убираться.
Антон называет это: «включила режим "Смерть всем"».
О включении режима он узнает по грохоту посуды и скрежету мебели.
В такие моменты я, которая 5-литровую кастрюлю борща не может донести от плиты до холодильника, потому что тяжёлая очень, лёгким движением бедра двигаю диван, который четверо мужиков в квартиру заносили.
С лёгкостью, как зубочистку из сыра, вытаскиваю холодильник из стеновой ниши.
Потому что надо как следует разобраться уже с этой пылюкой под ним.
И под стиральной машинкой тоже.
Антон в это время нервно кружит вокруг, предлагая всяческую помощь, но Кинг-Конгу помощь не нужна.
Он сам всех порвёт голыми руками.
И когда уборочное цунами начинает приближаться к святая святых - к комнате, где стоит компьютер, где ящики набиты клубками нужных и важных проводов, Антон сдаётся.
- Давай, - говорит, - поговорим, кажется, я погорячился. А ты присядь пока, чайку попей, устала небось?
И так бочком, бочком, оттесняет меня в другую комнату, подальше от своих сокровищ.
Тут можно пустить финальные титры под романтическую музыку и последние кадры, как хрупкая Наташа, лёжа на диване с чашечкой чая, тонким пальчиком указывает Антону, как поровнее поставить холодильник.
А то он что-то неровно стоит.
И бывает, что мой принципиальный и бесстрашный муж не хочет признавать, что это он во всём виноват. И в ссоре, и вообще.
В таких случаях я сильно расстраиваюсь, но никаких необдуманных поступков не совершаю.
Не обещаю подать завтра же на развод, не собираю ему чемоданы и даже не хлопаю в сердцах дверью.
Я просто начинаю убираться.
Антон называет это: «включила режим "Смерть всем"».
О включении режима он узнает по грохоту посуды и скрежету мебели.
В такие моменты я, которая 5-литровую кастрюлю борща не может донести от плиты до холодильника, потому что тяжёлая очень, лёгким движением бедра двигаю диван, который четверо мужиков в квартиру заносили.
С лёгкостью, как зубочистку из сыра, вытаскиваю холодильник из стеновой ниши.
Потому что надо как следует разобраться уже с этой пылюкой под ним.
И под стиральной машинкой тоже.
Антон в это время нервно кружит вокруг, предлагая всяческую помощь, но Кинг-Конгу помощь не нужна.
Он сам всех порвёт голыми руками.
И когда уборочное цунами начинает приближаться к святая святых - к комнате, где стоит компьютер, где ящики набиты клубками нужных и важных проводов, Антон сдаётся.
- Давай, - говорит, - поговорим, кажется, я погорячился. А ты присядь пока, чайку попей, устала небось?
И так бочком, бочком, оттесняет меня в другую комнату, подальше от своих сокровищ.
Тут можно пустить финальные титры под романтическую музыку и последние кадры, как хрупкая Наташа, лёжа на диване с чашечкой чая, тонким пальчиком указывает Антону, как поровнее поставить холодильник.
А то он что-то неровно стоит.