Как решил суд!

▎Можно ли огласить прежние показания свидетеля, если в суде он не помнит события?

Согласно ч. 3 ст. 281 УПК РФ, суд по ходатайству стороны вправе огласить показания потерпевшего или свидетеля, ранее данные при предварительном расследовании либо в суде, если между ними и показаниями, данными в судебном заседании, имеются существенные противоречия.

На первый взгляд, это правило применимо, когда свидетель сообщает в суде об обстоятельствах, отличающихся от тех, которые он описывал на предварительном следствии. Например, в суде свидетель утверждает, что нападавших было трое, а следователю говорил, что напал один человек.

Но можно ли огласить прежние показания, если свидетель говорит, что не помнит отдельных событий?

Если исходить из буквального смысла ч. 3 ст. 281 УПК РФ, само по себе забывание событий не обязательно означает наличие существенных противоречий. В таком случае оглашение может фактически использоваться не для устранения противоречий, а для напоминания свидетелю о том, что он рассказывал следователю.

Вместе с тем практика судов кассационной инстанции показывает, что суды допускают оглашение прежних показаний и в ситуации, когда свидетель в судебном заседании заявляет, что не помнит обстоятельств дела.

Такой подход отражён, в частности, в кассационном определении Второго кассационного суда общей юрисдикции от 15.01.2026 по делу № 77-107/2026, определении Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 01.09.2021 по делу № 77-3348/2021, а также в определениях Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12.09.2023 по делу № 11-УД23-27-А4 и от 26.10.2023 по делу № 19-УД23-29-А3.

Таким образом, забывание свидетелем событий само по себе не названо в ч. 3 ст. 281 УПК РФ отдельным основанием для оглашения прежних показаний. Однако на практике суды могут расценить такую ситуацию как наличие существенных противоречий и разрешить оглашение.

▎Понятой подписал протокол следственного действия, не ознакомившись с ним. Какие могут быть последствия

Хочу напомнить, что понятой — не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо, привлекаемое дознавателем, следователем для удостоверения факта производства следственного действия, а также содержания, хода и результатов следственного действия.

Нередки случаи, когда при допросе в суде в качестве свидетелей понятые сообщают о тех обстоятельствах производства следственного действия, которые не отражены в протоколе или зафиксированы в протоколе иначе.

При этом суды при оценке противоречий между показаниями понятых о ходе и результатах следственного действия и теми сведениями, которые зафиксированы в протоколе следственного действия, приоритет отдают сведениям, отраженным в протоколе следственного действия, аргументируя свою позицию тем, что понятые расписались в протоколе следственного действия и никаких замечаний не сделали.

Однако далеко не все обращают внимание на то, что по смыслу п. 2 ч. 3 ст. 60 УПК РФ ознакомление с протоколом следственного действия, в производстве которого участвовал понятой, является его правом, а не обязанностью (такой же позиции придерживается и Свердловский областной суд в апелляционном определении от 02.09.2020 года по делу № 22-5441/2020).

Соответственно, понятой может расписаться в протоколе следственного действия, при этом не ознакомившись с самим протоколом следственного действия (что, справедливости ради стоит сказать, бывает очень часто).

Поэтому в таких случаях, когда понятой не воспользовался своим правом и не ознакомился с протоколом следственного действия, показания понятого о ходе и результатах следственного действия должны иметь больший вес нежели сведения, отраженные в протоколе следственного действия.

При этом, сам факт того, что понятые расписались в протоколе следственного действия, не ознакомившись с ним, не ставит под сомнение законность следственного действия при условии, что понятые подтвердят правильность проведенных следователем действий своими показаниями (см. апелляционное определение Свердловского областного суда от 02.09.2020 года по делу № 22-5441/2020).

Рассмотрено уголовное дело о подделке документов


29.09.2026 Талицкий районный суд поставил точку в уголовном деле о подделке документов.
Как установлено судом, Тетерин М.С. в связи с подачей его супругой заявления о расторжении брака, чтобы скрыть от супруги автомобиль, купленный ими совместно и оформленный на мать супруги, подделал ПТС на автомобиль, внеся данные о новом собственнике - своей матери. С заведомо поддельными документами он обратился в РЭО ГИБДД, где ему оформили перерегистрацию права собственности на имя нового владельца.
Органами следствия Тетерин М.С. обвинялся в подделке официального документа, предоставляющего права – паспорта транспортного средства в целях его использования и использование указанного заведомо поддельного официального документа ( ч. 1 ст. 327 УК РФ), а также использование заведомо подложного документа – договора купли-продажи автотранспортного средства( ч. 5 ст. 327 УК РФ).
Подсудимый вину признал в полном объеме, согласился с предъявленным обвинением, дело было рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.
С учетом обстоятельств дела, учитывая, что Тетерин М. в содеянном искренне раскаялся, принял меры к заглаживанию причиненного преступлениями вреда, сделав добровольное пожертвование в социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних, оказывает регулярную ежемесячную помощь на приобретение вещей и медикаментов, для выполняющих свой долг на СВО солдат и офицеров, предпринял меры, направленные на заглаживание причиненного им государству и обществу вреда, за что ему объявлена благодарность, принес извинения государству в лице прокурора, то есть твердо встал на путь исправления, по ходатайству защиты Тетерин М. от уголовной ответственности был освобожден, с назначением ему меры уголовно¬-правового характера в виде судебного штрафа в размере 40 000 рублей.
Постановлено в законную силу не вступило.

Можно ли оглашать показания свидетеля, которые он давал на предварительном следствии, если он в суде забыл события, о которых ранее свидетельствовал


 Согласно ч.3 ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны суд вправе принять решение об оглашении показаний потерпевшего или свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования либо в суде, при наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде.


 То есть по логике оглашать показания свидетеля на основании ч.3 ст.281 УПК РФ можно только в том случае, когда свидетель сообщает о других обстоятельствах, нежели те, что зафиксированы в протоколе допроса, составленном на предварительном следствии.


 К примеру, в ходе допроса в суде свидетель утверждает, что нападавших было трое, а в ходе предварительного следствия этот же свидетель сообщал, что на потерпевшего напал один человек.


 Но возникает вопрос, можно ли оглашать показания свидетеля, которые он давал на предварительном следствии, если свидетель заявляет в суде, что он не помнить определенные события уголовного дела?


 Если хорошенько подумать — то нельзя.


 Ведь в противном случае искажается сама цель, ради которой оглашаются показания, данные на предварительном следствии — не устранить противоречия в показаниях (причем существенные противоречия), а напомнить свидетелю, что он рассказывал следователю.


 Однако анализ судебной практики судов кассационной инстанции говорит о следующем — суды не видят ничего зазорного в том, чтобы огласить показания свидетеля на основании ч.3 ст.281 УПК РФ именно с целью напоминания ему некоторых событий.


 В подтверждение сказанного могу сослаться на кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 15.01.2026 года по делу № 77-107/2026, определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 01.09.2021 года по делу №77-3348/2021, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2023 года по делу №11-УД23-27-А4, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2023 года по делу №19-УД23-29-А3.

В каких случаях суд может законно отказать в удовлетворении ходатайства об исключении доказательства на стадии предварительного слушания


 Уголовно-процессуальным законом предусмотрено, что вопрос об исключении доказательства, полученного с нарушением требований УПК РФ (вопрос о признании доказательства недопустимым), может быть рассмотрен на стадии предварительного слушания.


 Однако очень часто в ходе предварительного слушания суды отказываются рассматривать по существу ходатайства стороны защиты об исключении того или иного доказательства по причине их преждевременности — мол, рано судить о допустимости доказательств, нужно допросить свидетелей, изучить материалы дела и т.д.


 Возникает вопрос — неужели норма о возможности признать доказательство недопустимым на этапе предварительного слушания декларативная, не работающая на практике?


 Вовсе нет. А чтобы Вы поняли почему я так считаю, давайте постараемся отыскать смысл вышеуказанных законоположений и попытаться понять, что же хотел сказать законодатель.


 Для этого предлагаю обратиться за помощью к Конституционному Суду Российской Федерации.


 Итак, как же Конституционный Суд Российской Федерации объясняет процедуру признания доказательства недопустимым на этапе предварительного слушания?


 Приведу цитату из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.05.2006 года №154-О:
"Предусматривая правила, согласно которым устранение дефектных с точки зрения процессуальной формы доказательств должно осуществляться прежде всего на стадии предварительного слушания (часть четвертая статьи 88, пункт 2 части первой статьи 227, пункт 1 части второй статьи 229, часть пятая статьи 234 и статья 235), Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможность переноса решения вопроса об их допустимости на более поздний этап судопроизводства в тех случаях, когда несоответствие доказательства требованиям закона не является очевидным и требует проверки с помощью других доказательств, что вовсе не равнозначно разрешению использования в процессе недопустимых доказательств, под которым понимается обоснование этими доказательствами решений или действий по уголовному делу".


 Таким образом, из вышеуказанных разъяснений следует:
 устранение дефектных с точки зрения процессуальной формы доказательств должно осуществляться прежде всего на стадии предварительного слушания;
 решить вопрос о допустимости доказательства нужно в ходе предварительного слушания, если несоответствие доказательства требованиям закона является очевидным;
 для решения вопроса о допустимости доказательства на предварительном слушании не требуется проверка данного доказательства с помощью других доказательств.


 Получается, что суд может законно отказать в удовлетворении ходатайства об исключении доказательства на стадии предварительного слушания только в том случае, когда несоответствие доказательства требованиям закона не является очевидным и требует проверки с помощью других доказательств.

ВС разъяснил, какая экспертиза не доказывает недействительность сделки


При рассмотрении споров о признании недействительным договора купли-продажи квартиры значение имеют только результаты комплексной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в порядке гражданского судопроизводства, а не заключение эксперта, выполненное в рамках уголовного дела, разъясняет Верховный суд (ВС) РФ.

Жительница Волгограда обратилась в суд с требованием выселить из своей квартиры бывшую собственницу жилого помещения. В обоснование иска она указала, что ответчица в нарушение условий договора купли-продажи отказалась освободить жилье и сняться с регистрационного учета. В свою очередь прокурор потребовал признать сделку недействительной в связи с совершением в отношении продавца мошеннических действий.

Суды трех инстанций удовлетворили иск, сославшись на результаты проведенной в рамках уголовного дела психолого-психиатрической экспертизы, согласно которой ответчица понимала характер и значения совершаемых в отношении нее противоправных действий в момент продажи имущества.

В свою очередь ВС отметил, что заключение специалистов по уголовному делу не может подтверждать или опровергать обстоятельства нахождения продавца в состоянии, в котором она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. При разрешении данной категории споров значение имеют только результаты комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, назначенной в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного Верховный суд отменил решения нижестоящих инстанций, сообщили РАПСИ в пресс-службе ВС.