Меня растили на еде без духовного наставника.
Вместо мантры на воду с лимоном и утреннего ритуала соединения с авокадо и пашотиком из яиц, я — страшно сказать — ела хлеб. С маслом. Настоящим. Жирным. Не топлёным! Даже не кокосовым холодного отжима!
Масло было вездесуще. Оно соскальзывало с макарон (простых, не из зелёной чечевицы, без спирулины и коллагена), оно проникало в кашу (гречка, господи... не зелёная, а из обычного пакетика с рынка — разве это не пищевой произвол?), оно стекало по варёной картошке, неорганической, крахмалистой, обычной деревенской, с землёй под ногтями.
Макароны... Из глютеновой пшеницы. А ведь это, если что, удар по микробиому. Сегодня за такие преступления мам бы лишали доступа к Инстаграму и права консультироваться с нутрициологом.
Молоко я пила коровье. Цельное. Безлактозное молоко миндального счастья не было даже в мечтах. А ведь там, говорят, вибрации любви и отсутствие слизи.
Компот? С сахаром! Не на стевии. Не на сиропе агавы. Вишнёвый, густой, сладкий. А сахар — это же белая смерть. Меня поили смертью, подумать только...
Я ела пирожные. Настоящие! С кремом и тестом. Не raw-десерты из кешью и фиников, не пудинг из чиа и кэроба, а корзиночку — с кремом и вареньем. Ни одного нутриента. Только счастье.
Я ела мороженое. Простое. Белое. В вафельном стаканчике. Никакого кокосового молока, никакого натурального подсластителя. Только сливки, сахар, глютен — и любовь.
Мама, правда, была прогрессивной. Иногда заставляла пить морковный сок и отвар из отрубей. Видимо, пыталась спасти мою ауру от макаронной порчи.
Я ела мясо. Настоящее. Не тофу, не темпе, не «мясо будущего», а обычную, вибрационно-грязную котлету. С луком и хлебом. На сковородке. Без духовного очищения.
Как я выжила? Думаю, помогли гены, любовь бабушки и тот факт, что мир тогда был проще. Без вай-фая в каждой ложке и без страха перед картошкой.
Теперь я взрослая. Иногда вспоминаю то сливочное детство с ностальгией и лёгким привкусом сливок. Пожалуй, пожарю картошечки. Нет, не батат. И не на кокосовом масле. Обычной. С корочкой. С любовью.
автор не найден
Вместо мантры на воду с лимоном и утреннего ритуала соединения с авокадо и пашотиком из яиц, я — страшно сказать — ела хлеб. С маслом. Настоящим. Жирным. Не топлёным! Даже не кокосовым холодного отжима!
Масло было вездесуще. Оно соскальзывало с макарон (простых, не из зелёной чечевицы, без спирулины и коллагена), оно проникало в кашу (гречка, господи... не зелёная, а из обычного пакетика с рынка — разве это не пищевой произвол?), оно стекало по варёной картошке, неорганической, крахмалистой, обычной деревенской, с землёй под ногтями.
Макароны... Из глютеновой пшеницы. А ведь это, если что, удар по микробиому. Сегодня за такие преступления мам бы лишали доступа к Инстаграму и права консультироваться с нутрициологом.
Молоко я пила коровье. Цельное. Безлактозное молоко миндального счастья не было даже в мечтах. А ведь там, говорят, вибрации любви и отсутствие слизи.
Компот? С сахаром! Не на стевии. Не на сиропе агавы. Вишнёвый, густой, сладкий. А сахар — это же белая смерть. Меня поили смертью, подумать только...
Я ела пирожные. Настоящие! С кремом и тестом. Не raw-десерты из кешью и фиников, не пудинг из чиа и кэроба, а корзиночку — с кремом и вареньем. Ни одного нутриента. Только счастье.
Я ела мороженое. Простое. Белое. В вафельном стаканчике. Никакого кокосового молока, никакого натурального подсластителя. Только сливки, сахар, глютен — и любовь.
Мама, правда, была прогрессивной. Иногда заставляла пить морковный сок и отвар из отрубей. Видимо, пыталась спасти мою ауру от макаронной порчи.
Я ела мясо. Настоящее. Не тофу, не темпе, не «мясо будущего», а обычную, вибрационно-грязную котлету. С луком и хлебом. На сковородке. Без духовного очищения.
Как я выжила? Думаю, помогли гены, любовь бабушки и тот факт, что мир тогда был проще. Без вай-фая в каждой ложке и без страха перед картошкой.
Теперь я взрослая. Иногда вспоминаю то сливочное детство с ностальгией и лёгким привкусом сливок. Пожалуй, пожарю картошечки. Нет, не батат. И не на кокосовом масле. Обычной. С корочкой. С любовью.
автор не найден