На берегу стоял тягловый голем, похожий на огромного железного краба. У него было четыре руки-манипулятора. Голем мерно гудел, поднимая из воды обломки балок. Елена заметила, что одна из его рук двигалась рывками, а вторая и вовсе безвольно висела. Сердечник явно истощался.
У временного навеса её встретил мастер Феликс. Выглядел он ещё более подавленным, чем в зале совещаний. Седую бороду всклокочило, глаза покраснели. То ли от бессонницы, то ли от дыма.
— Госпожа аудитор. Я распорядился, чтобы обломки опор Б и В пока не трогали. Но водолазы уже подняли несколько сердечников из воды. Они вон там, под тентом.
Направилась к столам, но на полпути остановилась и обернулась к руинам. Взгляд сам собой скользнул по искорёженным балкам. Потом на берега канала и то, как далеко друг от друга они находились.
— Мастер Феликс, — произнесла она задумчиво. — Всё хотела спросить. Я понимаю, зачем печати прочности ставят на купола или башни. Но это ведь просто мост. Люди строили мосты без всякой магии за тысячи лет до нас. Зачем они понадобились здесь?
Феликс подошёл и встал рядом, проследив за её взглядом.
— Видите длину центрального пролёта? Двести метров без единой промежуточной опоры. В старые времена, чтобы перекрыть такое расстояние, строили арки толщиной с дом. Но когда прокладывали этот канал, требовалась широкая судоходная полоса. Поэтому архитектор, мастер Берхард, предложил революционное решение. Облегчённую каменную арку, стянутую магическими печатями прочности. Они работают как невидимые тросы. Связывают блоки в единое целое, гасят колебания от нагрузки, не дают мосту трескаться.
— То есть мост без печатей просто развалился бы под собственным весом? — уточнила Елена.
— Не сразу, но да. Пошли бы микротрещины. Через год-два он стал бы опасен. Через пять уже непригоден. А с печатями он должен был стоять века. Если бы их вовремя меняли. — Феликс тяжело вздохнул и кивнул в сторону стола под тентом. — Пойдёмте, покажу сердечники.
Она кивнула, бросив последний взгляд на руины. Теперь Елена понимала. Тот, кто истощил печати, знал, что делал. Он убивал мост не грубой силой, а отняв у него невидимый скелет. Ждал, когда камень не выдержит.
страница 18
У временного навеса её встретил мастер Феликс. Выглядел он ещё более подавленным, чем в зале совещаний. Седую бороду всклокочило, глаза покраснели. То ли от бессонницы, то ли от дыма.
— Госпожа аудитор. Я распорядился, чтобы обломки опор Б и В пока не трогали. Но водолазы уже подняли несколько сердечников из воды. Они вон там, под тентом.
Направилась к столам, но на полпути остановилась и обернулась к руинам. Взгляд сам собой скользнул по искорёженным балкам. Потом на берега канала и то, как далеко друг от друга они находились.
— Мастер Феликс, — произнесла она задумчиво. — Всё хотела спросить. Я понимаю, зачем печати прочности ставят на купола или башни. Но это ведь просто мост. Люди строили мосты без всякой магии за тысячи лет до нас. Зачем они понадобились здесь?
Феликс подошёл и встал рядом, проследив за её взглядом.
— Видите длину центрального пролёта? Двести метров без единой промежуточной опоры. В старые времена, чтобы перекрыть такое расстояние, строили арки толщиной с дом. Но когда прокладывали этот канал, требовалась широкая судоходная полоса. Поэтому архитектор, мастер Берхард, предложил революционное решение. Облегчённую каменную арку, стянутую магическими печатями прочности. Они работают как невидимые тросы. Связывают блоки в единое целое, гасят колебания от нагрузки, не дают мосту трескаться.
— То есть мост без печатей просто развалился бы под собственным весом? — уточнила Елена.
— Не сразу, но да. Пошли бы микротрещины. Через год-два он стал бы опасен. Через пять уже непригоден. А с печатями он должен был стоять века. Если бы их вовремя меняли. — Феликс тяжело вздохнул и кивнул в сторону стола под тентом. — Пойдёмте, покажу сердечники.
Она кивнула, бросив последний взгляд на руины. Теперь Елена понимала. Тот, кто истощил печати, знал, что делал. Он убивал мост не грубой силой, а отняв у него невидимый скелет. Ждал, когда камень не выдержит.
страница 18