Елена нахмурилась. Если эти два сердечника были в порядке, то почему мост рухнул? Срок службы должен был истечь ещё через два года. Ёмкости должно было хватить.
Подошла к третьему. Тому, что ещё светился. Его свечение было неровным, пульсирующим. Осторожно взяла его в руки. Кварц был горячим, почти обжигающим, несмотря на то, что сердечник пролежал в холодной воде канала всю ночь. Это само по себе было аномалией. Выгорающая душа не генерирует тепло сама по себе. Жар идёт от механизма, который она питает. Но мост разрушен.
Приложила к сфере всю ладонь и замерла.
То, что пришло на этот раз, оказалось иным. Не плавное, спокойное угасание. Судорога. Агония. Энергия внутри не вытекала равномерно, а высасывалась рывками. Словно кто-то снаружи приложил огромный, ненасытный насос. Ощутила боль. Не свою, а отголосок чужой. В этом ощущении был ритм. Не равномерный, а циклический. Сначала долгая пауза. Затем резкий, мощный отток, от которого кварц вибрировал. А потом снова пауза.
Открыла глаза и медленно, очень осторожно положила сердечник обратно на стол. Пальцы дрожали. Она сжала их в кулак, чтобы скрыть это.
— Что-то не так, госпожа аудитор? — спросил Феликс, заметив её состояние.
— Этот сердечник был истощён искусственно, — сказала Елена. Голос прозвучал глухо, даже для неё самой неожиданно. — Кто-то подключился к силовому контуру моста и выкачал из него энергию. Не всю сразу, а порциями. Это произошло вчера, незадолго до обрушения. Первые два сердечника истощились сами. А этот нет. Его просто выкачали.
Мастер Феликс побледнел. Его помощники тревожно переглянулись.
— Но это невозможно, — пробормотал он. — Силовой контур моста замкнут и загерметизирован. Чтобы подключиться к нему, нужен специальный ключ-резонатор и доступ к распределительному узлу, который находился в опоре Б. А она сейчас разрушена.
— Значит, тот, кто это сделал, имел доступ к распределительному узлу, — ответила Елена. — У него был ключ-резонатор. Кто отвечал за обслуживание моста в последние месяцы?
— Мастер Гаспар Нокс. Он... он пропал. Мы не можем найти его со вчерашнего дня.
страница 20
Подошла к третьему. Тому, что ещё светился. Его свечение было неровным, пульсирующим. Осторожно взяла его в руки. Кварц был горячим, почти обжигающим, несмотря на то, что сердечник пролежал в холодной воде канала всю ночь. Это само по себе было аномалией. Выгорающая душа не генерирует тепло сама по себе. Жар идёт от механизма, который она питает. Но мост разрушен.
Приложила к сфере всю ладонь и замерла.
То, что пришло на этот раз, оказалось иным. Не плавное, спокойное угасание. Судорога. Агония. Энергия внутри не вытекала равномерно, а высасывалась рывками. Словно кто-то снаружи приложил огромный, ненасытный насос. Ощутила боль. Не свою, а отголосок чужой. В этом ощущении был ритм. Не равномерный, а циклический. Сначала долгая пауза. Затем резкий, мощный отток, от которого кварц вибрировал. А потом снова пауза.
Открыла глаза и медленно, очень осторожно положила сердечник обратно на стол. Пальцы дрожали. Она сжала их в кулак, чтобы скрыть это.
— Что-то не так, госпожа аудитор? — спросил Феликс, заметив её состояние.
— Этот сердечник был истощён искусственно, — сказала Елена. Голос прозвучал глухо, даже для неё самой неожиданно. — Кто-то подключился к силовому контуру моста и выкачал из него энергию. Не всю сразу, а порциями. Это произошло вчера, незадолго до обрушения. Первые два сердечника истощились сами. А этот нет. Его просто выкачали.
Мастер Феликс побледнел. Его помощники тревожно переглянулись.
— Но это невозможно, — пробормотал он. — Силовой контур моста замкнут и загерметизирован. Чтобы подключиться к нему, нужен специальный ключ-резонатор и доступ к распределительному узлу, который находился в опоре Б. А она сейчас разрушена.
— Значит, тот, кто это сделал, имел доступ к распределительному узлу, — ответила Елена. — У него был ключ-резонатор. Кто отвечал за обслуживание моста в последние месяцы?
— Мастер Гаспар Нокс. Он... он пропал. Мы не можем найти его со вчерашнего дня.
страница 20