Суд защитил наследников от долга по договору, заключённому спустя три года после смерти заёмщицы
Ярковский районный суд рассмотрел иск АО «ТБанк» о взыскании задолженности по договору кредитной карты за счёт наследственного имущества гражданки М. — и встал на сторону наследников.
Поводом для спора стал договор кредитной карты, который, как следует из материалов дела, был заключён 29 апреля 2025 года. Наследник М., привлечённый к участию в деле в качестве ответчика, подал встречный иск о признании договора незаключённым: его основательница умерла 27 октября 2022 года — почти за три года до спорной сделки.
Установленные судом обстоятельства выглядят ещё более удивительно. По данным суда, «26 апреля 2025 года» М. с помощью мобильного приложения и интернет-банка подала заявку на выпуск кредитной карты, заполнила заявление-анкету, запросила дополнительные продукты и согласовала индивидуальные условия потребительского кредита. Все документы были подписаны электронной подписью — аналогом собственноручной.
Однако, как подчеркнул суд, волеизъявление на заключение договора отсутствовало: М. не вводила подтверждающие коды, не получала sms-сообщения от банка и не знакомилась с условиями договора — по той простой причине, что на момент «заключения» сделки её не было в живых. Банк, оформляя кредит дистанционным способом, надлежащим образом не установил личность заёмщика.
В итоге суд признал договор кредитной карты незаключённым и отказал банку в удовлетворении иска о взыскании задолженности с наследников.
Ярковский районный суд рассмотрел иск АО «ТБанк» о взыскании задолженности по договору кредитной карты за счёт наследственного имущества гражданки М. — и встал на сторону наследников.
Поводом для спора стал договор кредитной карты, который, как следует из материалов дела, был заключён 29 апреля 2025 года. Наследник М., привлечённый к участию в деле в качестве ответчика, подал встречный иск о признании договора незаключённым: его основательница умерла 27 октября 2022 года — почти за три года до спорной сделки.
Установленные судом обстоятельства выглядят ещё более удивительно. По данным суда, «26 апреля 2025 года» М. с помощью мобильного приложения и интернет-банка подала заявку на выпуск кредитной карты, заполнила заявление-анкету, запросила дополнительные продукты и согласовала индивидуальные условия потребительского кредита. Все документы были подписаны электронной подписью — аналогом собственноручной.
Однако, как подчеркнул суд, волеизъявление на заключение договора отсутствовало: М. не вводила подтверждающие коды, не получала sms-сообщения от банка и не знакомилась с условиями договора — по той простой причине, что на момент «заключения» сделки её не было в живых. Банк, оформляя кредит дистанционным способом, надлежащим образом не установил личность заёмщика.
В итоге суд признал договор кредитной карты незаключённым и отказал банку в удовлетворении иска о взыскании задолженности с наследников.