МОНАСТЫРИНГ или МОИ ВЕЛИКИЕ ДЕЛА ✌🏾
Уехать в монастырь помогать собирать картошку было лучшим решением за прошедшую неделю. Увидела у блогера, на которого подписана, что в монастыре не хватает рук и нужна помощь по хозяйству, но постеснялась написать. И буквально на следующий день встретила подругу на мероприятии и выяснила, что она, в отличие от меня, не постеснялась, написала и едет. Напросилась с ней. Так мы тут и оказались.
Многие не поймут, да и не надо, но я испытываю невероятное чувство благодарности и благодати в таких местах.
Редко пишу о том, как помогаю в храмах, но теперь вы знаете, что приблизительно вот так. В церкви у дома периодически прихожу почистить и вымыть пол от воска.
То голожопая на вейке, то в платочке и юбке в пол в храме. Вот такие контрасты моей жизни. И мне они нравятся. Кто мне запретит? Я взрослая. Как чувствую, так и живу.
Монастырь закрытый, многое снимать нельзя, поэтому вот вам фото свежесобранной картошки, ватрушки с чаем в поле, совершенно чудесной трапезной, невероятно чистого звёздного неба (от которого дыхание останавливалось), и моего счастливого лица.
Уехать в монастырь помогать собирать картошку было лучшим решением за прошедшую неделю. Увидела у блогера, на которого подписана, что в монастыре не хватает рук и нужна помощь по хозяйству, но постеснялась написать. И буквально на следующий день встретила подругу на мероприятии и выяснила, что она, в отличие от меня, не постеснялась, написала и едет. Напросилась с ней. Так мы тут и оказались.
Многие не поймут, да и не надо, но я испытываю невероятное чувство благодарности и благодати в таких местах.
Редко пишу о том, как помогаю в храмах, но теперь вы знаете, что приблизительно вот так. В церкви у дома периодически прихожу почистить и вымыть пол от воска.
То голожопая на вейке, то в платочке и юбке в пол в храме. Вот такие контрасты моей жизни. И мне они нравятся. Кто мне запретит? Я взрослая. Как чувствую, так и живу.
Монастырь закрытый, многое снимать нельзя, поэтому вот вам фото свежесобранной картошки, ватрушки с чаем в поле, совершенно чудесной трапезной, невероятно чистого звёздного неба (от которого дыхание останавливалось), и моего счастливого лица.