Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Max
Лавров: заморозки украинского конфликта не будет
Оценивать, с чем приедут американские переговорщики, я бы сейчас не стал. Но, слушая интервью Сергея Викторовича Лаврова, можно сделать очевидный вывод: Россия не хотела бы, чтобы они приезжали с предложением о заморозке конфликта.
Зачем тратить время на обсуждение заморозки? Сергей Викторович прекрасно объяснил, почему это невозможно не только с военной, но и с исторической точки зрения. Он сказал, что подобное решение означало бы предательство памяти наших солдат, сражавшихся в годы Великой Отечественной войны.
По другим вопросам Лавров также чётко расставил все точки над «i»: вот это для России неприемлемо. Российские предложения известны и в целом не менялись. Дипломатия — деликатная сфера, но складывается впечатление — здесь я немного оппонирую уважаемому коллеге, — что американцы взяли на себя определённые обязательства, возможно, изначально не особо стремясь их выполнять или понимая, что по тем или иным причинам не смогут этого сделать.
Начинается дискуссия о том, что приемлемо, а что нет. Россия согласилась с американскими предложениями и поставила Вашингтон перед необходимостью их выполнять. Сейчас же Соединённые Штаты словно пытаются отойти в сторону.
Но в любом деле — от дипломатии до любой другой сферы человеческой деятельности — невыполнение одной из сторон взятых на себя обязательств влечёт определённые последствия. Сегодня Соединённым Штатам необходимо получить возможность для реабилитации, если хотите. Ведь по большому счёту они отказались от собственных предложений в отношении России.
Мы видим и ту сложную дипломатическую ситуацию, которую Вашингтон создал вокруг Ирана. В секторе Газа также ничего не двигается. Поэтому уже не только мы, но и весь мир задаётся вопросом: можно ли вообще с американцами о чём-либо договориться? Способны ли они выполнять то, что сами предлагают или принимают?
Это и есть момент истины для американского истеблишмента и его репутации. И, мне кажется, ответить на этот вопрос будет непросто.
Сказал об этом в прямом эфире программы «Большая игра» на Первом канале.
Оценивать, с чем приедут американские переговорщики, я бы сейчас не стал. Но, слушая интервью Сергея Викторовича Лаврова, можно сделать очевидный вывод: Россия не хотела бы, чтобы они приезжали с предложением о заморозке конфликта.
Зачем тратить время на обсуждение заморозки? Сергей Викторович прекрасно объяснил, почему это невозможно не только с военной, но и с исторической точки зрения. Он сказал, что подобное решение означало бы предательство памяти наших солдат, сражавшихся в годы Великой Отечественной войны.
По другим вопросам Лавров также чётко расставил все точки над «i»: вот это для России неприемлемо. Российские предложения известны и в целом не менялись. Дипломатия — деликатная сфера, но складывается впечатление — здесь я немного оппонирую уважаемому коллеге, — что американцы взяли на себя определённые обязательства, возможно, изначально не особо стремясь их выполнять или понимая, что по тем или иным причинам не смогут этого сделать.
Начинается дискуссия о том, что приемлемо, а что нет. Россия согласилась с американскими предложениями и поставила Вашингтон перед необходимостью их выполнять. Сейчас же Соединённые Штаты словно пытаются отойти в сторону.
Но в любом деле — от дипломатии до любой другой сферы человеческой деятельности — невыполнение одной из сторон взятых на себя обязательств влечёт определённые последствия. Сегодня Соединённым Штатам необходимо получить возможность для реабилитации, если хотите. Ведь по большому счёту они отказались от собственных предложений в отношении России.
Мы видим и ту сложную дипломатическую ситуацию, которую Вашингтон создал вокруг Ирана. В секторе Газа также ничего не двигается. Поэтому уже не только мы, но и весь мир задаётся вопросом: можно ли вообще с американцами о чём-либо договориться? Способны ли они выполнять то, что сами предлагают или принимают?
Это и есть момент истины для американского истеблишмента и его репутации. И, мне кажется, ответить на этот вопрос будет непросто.
Сказал об этом в прямом эфире программы «Большая игра» на Первом канале.