Однажды у бабушки в деревне появились новые соседи. Хотя соседка-то, тётя Валя, не новая была — всю жизнь с дедом они прожили в том доме, а вот внучек их я не видела до того дня. Во двор, оглушённый пронзительным гавканьем тётивалиной болонки, вошли две чистые и причёсанные девчушки. Одна — постарше, а другая — совсем мелкая, даже младше меня.
Вика и Лера были сёстрами, которых на лето отправили погостить к бабушке с дедушкой. Родители без зазрения совести вручили сестёр в руки старших, дежурно чмокнули детей и были таковы. Сёстрам завещали вести себя прилично, скромно и во всём слушаться бабушку с дедом.
Младшая Лера забыла про родителей в ту же секунду, как их машина скрылась за углом, а вот старшая Вика приуныла. Долго она стояла у забора и костила про себя нерадивых родителей. Оставили её тут срок мотать в глухой деревушке, а сами укатили в Ростов. Там и подружки у неё, и мальчишки. И жизнь вся молодая и весёлая.
Тётя Валя была отменной бабушкой – с наклонностями заботливой курочки. Как самая правильная наседка, она сразу же приступила к помывке, подкормке и нравоучениям. Дед же лишь раз зашёл в девичье царство, обвёл глазами баб и молча удалился на свой многовековой пень во дворе думать думы. Это было его любимое занятие в жизни. Но ещё дед был главой семейства, и слово его было законом для всех. Про этот закон мы ещё вспомним позже.
За первую неделю две приезжие сестрицы быстро познакомились с местными ребятами. С младшей Леркой мы сразу же задружились, и я её представила местной малышне. А вот Вика влилась в ряды старших. Вместе они обсуждали помадки, туши, каблуки и мальчишек. Кстати, тот самый мальчишка тоже появился в летней жизни Вики быстро. Им оказался местная звезда — лысый футболист Вован. Хоть за ним и бегала вся женская часть округа, но его деревенский взгляд зацепился за городскую Викусю.
Так весело и безмятежно пролетало лето. Кроме одного вопроса, который изо дня в день поднимался в тётивалином доме. Бабушка и дед ни в какую не отпускали Вику на ночные прогулки и посиделки в соседнем дворе. Почти каждый вечер местные подростки под предводительством лысоголового Вована устраивали вечернюю сходку, на которую слетались все местные подростки. Пели песни под гитару, рассказывали страшные истории, целовались, наверное, там. Мы-то с Леркой на этих посиделках никогда не были — сопли под носом ещё блестели, но про эти вечерние вылазки слышали. И собирались-то они почти под боком у тётивалиного дома. За забором.
Мы жили в частным домах с огородами, овчарками и курами, а большая часть молодёжи в пятиэтажке, которая виднелась с наших дворов. До пятиэтажки этой можно было добраться двумя путями — оббежать всю линию и завернуть во двор или просто перелезть через забор.
И что страшного, что Лерка после темноты сиганёт через забор, зависнет с молодёжью и посидит в обнимку с лысоголовым футболистом Вованом?
Но дед был категорически против! Бабушка противоречить главе семейства не могла, да и сама не очень поддерживала эту идею. Но молодость, как нам всем известно, для того и дана, чтобы все запреты нарушать.
Однажды ночью старшая Вика решила сбежать, как только услышала храп из соседней комнаты. Перепрыгнула через забор и была такова. Младшую заранее предупредила: если старшие проснутся, сразу же бежать к забору и звать её. Но не горлопанить на всю ивановскую имя её, а кукарекнуть. Ну а что, местный петух вставал ни свет ни заря. Решили городские, что этот повеса и ночью может затянуть свою утреннюю мелодию. Так и старшие друзья не поймут, что Вику срочно домой зовут, и дед с бабкой не узнают про побег.
Младшая клялась и божилась, что глаз не сомкнёт всю ночь, а если услышит, что дед с бабушкой проснулись, сразу же даст сигнал через забор. Кукарекуууу прокричит, да так, что никто не отличит от настоящего деревенского петуха с бессонницей. Через 20 минут после побега старшей младшая уже храпела в унисон деду.
Продолжение ⬇️
Вика и Лера были сёстрами, которых на лето отправили погостить к бабушке с дедушкой. Родители без зазрения совести вручили сестёр в руки старших, дежурно чмокнули детей и были таковы. Сёстрам завещали вести себя прилично, скромно и во всём слушаться бабушку с дедом.
Младшая Лера забыла про родителей в ту же секунду, как их машина скрылась за углом, а вот старшая Вика приуныла. Долго она стояла у забора и костила про себя нерадивых родителей. Оставили её тут срок мотать в глухой деревушке, а сами укатили в Ростов. Там и подружки у неё, и мальчишки. И жизнь вся молодая и весёлая.
Тётя Валя была отменной бабушкой – с наклонностями заботливой курочки. Как самая правильная наседка, она сразу же приступила к помывке, подкормке и нравоучениям. Дед же лишь раз зашёл в девичье царство, обвёл глазами баб и молча удалился на свой многовековой пень во дворе думать думы. Это было его любимое занятие в жизни. Но ещё дед был главой семейства, и слово его было законом для всех. Про этот закон мы ещё вспомним позже.
За первую неделю две приезжие сестрицы быстро познакомились с местными ребятами. С младшей Леркой мы сразу же задружились, и я её представила местной малышне. А вот Вика влилась в ряды старших. Вместе они обсуждали помадки, туши, каблуки и мальчишек. Кстати, тот самый мальчишка тоже появился в летней жизни Вики быстро. Им оказался местная звезда — лысый футболист Вован. Хоть за ним и бегала вся женская часть округа, но его деревенский взгляд зацепился за городскую Викусю.
Так весело и безмятежно пролетало лето. Кроме одного вопроса, который изо дня в день поднимался в тётивалином доме. Бабушка и дед ни в какую не отпускали Вику на ночные прогулки и посиделки в соседнем дворе. Почти каждый вечер местные подростки под предводительством лысоголового Вована устраивали вечернюю сходку, на которую слетались все местные подростки. Пели песни под гитару, рассказывали страшные истории, целовались, наверное, там. Мы-то с Леркой на этих посиделках никогда не были — сопли под носом ещё блестели, но про эти вечерние вылазки слышали. И собирались-то они почти под боком у тётивалиного дома. За забором.
Мы жили в частным домах с огородами, овчарками и курами, а большая часть молодёжи в пятиэтажке, которая виднелась с наших дворов. До пятиэтажки этой можно было добраться двумя путями — оббежать всю линию и завернуть во двор или просто перелезть через забор.
И что страшного, что Лерка после темноты сиганёт через забор, зависнет с молодёжью и посидит в обнимку с лысоголовым футболистом Вованом?
Но дед был категорически против! Бабушка противоречить главе семейства не могла, да и сама не очень поддерживала эту идею. Но молодость, как нам всем известно, для того и дана, чтобы все запреты нарушать.
Однажды ночью старшая Вика решила сбежать, как только услышала храп из соседней комнаты. Перепрыгнула через забор и была такова. Младшую заранее предупредила: если старшие проснутся, сразу же бежать к забору и звать её. Но не горлопанить на всю ивановскую имя её, а кукарекнуть. Ну а что, местный петух вставал ни свет ни заря. Решили городские, что этот повеса и ночью может затянуть свою утреннюю мелодию. Так и старшие друзья не поймут, что Вику срочно домой зовут, и дед с бабкой не узнают про побег.
Младшая клялась и божилась, что глаз не сомкнёт всю ночь, а если услышит, что дед с бабушкой проснулись, сразу же даст сигнал через забор. Кукарекуууу прокричит, да так, что никто не отличит от настоящего деревенского петуха с бессонницей. Через 20 минут после побега старшей младшая уже храпела в унисон деду.
Продолжение ⬇️