Я росла в скромных условиях. Во-первых, это были девяностые. Во-вторых, мы в принципе были не графья: папа участковый, мама лаборант. И все наши родственники по обе родительские ветки были примерно нашего уровня, а то и ниже.
Кроме одних наших московским родственников. Чтобы понимать уровень важности и зависящего от этого благосостояния, могу вам сказать, что по теории шести рукопожатий тогда девятилетнюю меня от Ельцина отделяло только одно.
Так вот эти наши родственники никогда не воротили нос от регулярного нашествия братьев, сестр, племянников и бесконечного количества двоюродных внуков.
К ним приезжали в гости потому что очень соскучились и заодно решали всякие житейские вопросы: кому-то помогали с поступлением, кому-то с должностью, кому-то просто перепадало всяких ништяков с барского плеча. Однажды бабушка тоже решила поехать и подкрепить кровное родство визитом. С собой взяла меня. Ни ей, ни мне ничего по возрасту от родственников было не надо, так что, полагаю, цель нашей поездки состояла в том, чтобы просто поглазеть как это - жить богато.
Первые мои впечатления оказались тусклее ожидаемого. В Мерседесе укачивало, шкуры медведей неприятно пахли, а консьерж в доме был чуть приветливее волкодава.
Бабушкины были ярче и она всегда со мной ими делилась. Хотя может и не со мной, потому что в этот момент глаза ее закатывались куда-то к потолку.
- Видела, какая кухня бывает большая? Как вся наша квартира.
- А коту, видела, что дают? Чистую вырезку! Говядину!
В ценах на квадратные метры и говядину я не ориентировалась, поэтому просто угукала, стараясь придать этому звуку понимающее выражение.
В этой богатой жизни меня удивила лишь одна вещь, которую я видела впервые. Когда нас с бабушкой никто не слышал, я спросила, что это за штуковина такая в ванной комнате между туалетом и ванной. Бабушка сказала, что это биде. От того, что эта штука называлась биде, удовлетворения я не получила и пришлось уточнить, зачем оно вообще нужно, это биде.
-Ну как зачем?! - Вскинула руки бабушка и добавила, всем известную кроме меня меня, истину - Для статуса!
Много лет прошло, а для меня эта истина так и осталась непреложной. Вижу в доме биде, сразу проникаюсь уважением к хозяевам.
Кроме одних наших московским родственников. Чтобы понимать уровень важности и зависящего от этого благосостояния, могу вам сказать, что по теории шести рукопожатий тогда девятилетнюю меня от Ельцина отделяло только одно.
Так вот эти наши родственники никогда не воротили нос от регулярного нашествия братьев, сестр, племянников и бесконечного количества двоюродных внуков.
К ним приезжали в гости потому что очень соскучились и заодно решали всякие житейские вопросы: кому-то помогали с поступлением, кому-то с должностью, кому-то просто перепадало всяких ништяков с барского плеча. Однажды бабушка тоже решила поехать и подкрепить кровное родство визитом. С собой взяла меня. Ни ей, ни мне ничего по возрасту от родственников было не надо, так что, полагаю, цель нашей поездки состояла в том, чтобы просто поглазеть как это - жить богато.
Первые мои впечатления оказались тусклее ожидаемого. В Мерседесе укачивало, шкуры медведей неприятно пахли, а консьерж в доме был чуть приветливее волкодава.
Бабушкины были ярче и она всегда со мной ими делилась. Хотя может и не со мной, потому что в этот момент глаза ее закатывались куда-то к потолку.
- Видела, какая кухня бывает большая? Как вся наша квартира.
- А коту, видела, что дают? Чистую вырезку! Говядину!
В ценах на квадратные метры и говядину я не ориентировалась, поэтому просто угукала, стараясь придать этому звуку понимающее выражение.
В этой богатой жизни меня удивила лишь одна вещь, которую я видела впервые. Когда нас с бабушкой никто не слышал, я спросила, что это за штуковина такая в ванной комнате между туалетом и ванной. Бабушка сказала, что это биде. От того, что эта штука называлась биде, удовлетворения я не получила и пришлось уточнить, зачем оно вообще нужно, это биде.
-Ну как зачем?! - Вскинула руки бабушка и добавила, всем известную кроме меня меня, истину - Для статуса!
Много лет прошло, а для меня эта истина так и осталась непреложной. Вижу в доме биде, сразу проникаюсь уважением к хозяевам.