РСПП выступил резко против инициативы Минфина ввести на 2027–2029 годы новый налог на сверхдоходы для горнодобывающей отрасли
За счет этого сбора ведомство рассчитывает собрать в бюджет порядка 680 млрд рублей.
Впрочем, дело не в сумме, а в том, как именно государство собирается ее получить.
Во-первых, налог фактически вводится задним числом: база за 2027 год будет зависеть от цен уже в 2026-м. То есть компании должны были учитывать будущий налог тогда, когда его еще не существовало.
Во-вторых, «сверхдоход» предлагается считать не по прибыли, а исходя из цен и расчетной выручки. Реальные затраты, долговая нагрузка и финансовый результат компании при этом могут оказаться вторичны.
И еще один нюанс, который тревожит РСПП: после налоговой реформы власти обещали фискальную стабильность до 2030 года и отказ от точечных изъятий. Теперь эта договоренность может продержаться заметно меньше обещанного срока. А одновременно происходит возврат к нехорошей практике «ситуативных и несистемных фискальных решений». «Такой подход не позволяет планировать производство и инвестиционный цикл», цитирует Ъ представителя крупной горнодобывающей компании.
И это, пожалуй, главная проблема, решение которой пытались найти на прошедшем вчера Столыпинском клубе на тему «Бюджетный поворот: изменения и противоречия в основных направлениях экономической политики». Усиливающееся налоговое давление вместе с другими регуляторными воздействиями, безусловно, даст сиюминутный результат. И на год-два этого хватит, чтобы восполнить дефицитный бюджет и решить более насущные проблемы государства.
Но вот что будет потом – ответ, к сожалению, слишком очевиден: торможение экономики станет неизбежным, а вот ресурсов, которые могли бы исправить ситуацию, уже не будет. Чтобы получить другой результат, надо действовать другими методами.
Подписаться на Столыпин 2.0 |Дзен | ТГ | Сайт
За счет этого сбора ведомство рассчитывает собрать в бюджет порядка 680 млрд рублей.
Впрочем, дело не в сумме, а в том, как именно государство собирается ее получить.
Во-первых, налог фактически вводится задним числом: база за 2027 год будет зависеть от цен уже в 2026-м. То есть компании должны были учитывать будущий налог тогда, когда его еще не существовало.
Во-вторых, «сверхдоход» предлагается считать не по прибыли, а исходя из цен и расчетной выручки. Реальные затраты, долговая нагрузка и финансовый результат компании при этом могут оказаться вторичны.
И еще один нюанс, который тревожит РСПП: после налоговой реформы власти обещали фискальную стабильность до 2030 года и отказ от точечных изъятий. Теперь эта договоренность может продержаться заметно меньше обещанного срока. А одновременно происходит возврат к нехорошей практике «ситуативных и несистемных фискальных решений». «Такой подход не позволяет планировать производство и инвестиционный цикл», цитирует Ъ представителя крупной горнодобывающей компании.
И это, пожалуй, главная проблема, решение которой пытались найти на прошедшем вчера Столыпинском клубе на тему «Бюджетный поворот: изменения и противоречия в основных направлениях экономической политики». Усиливающееся налоговое давление вместе с другими регуляторными воздействиями, безусловно, даст сиюминутный результат. И на год-два этого хватит, чтобы восполнить дефицитный бюджет и решить более насущные проблемы государства.
Но вот что будет потом – ответ, к сожалению, слишком очевиден: торможение экономики станет неизбежным, а вот ресурсов, которые могли бы исправить ситуацию, уже не будет. Чтобы получить другой результат, надо действовать другими методами.
Подписаться на Столыпин 2.0 |Дзен | ТГ | Сайт