План 2030: BRICS+

Главный парадокс дедолларизации в том, что доллар слабеет как резервная монополия, но остается рабочим инструментом мировой торговли.

С одной стороны, доля доллара в резервах центральных банков опустилась примерно до 57%. Евро занимает около 20%, японская иена около 5,7%, юань примерно 2,7%, а золото снова становится важным нефиатным активом. Картина понятная: мир не хочет хранить все яйца в американской корзине.

С другой стороны, в валютных расчетах доллар по-прежнему почти незаменим. На него приходится около 89% глобальных операций. Юань, несмотря на все разговоры о новом финансовом порядке, занимает лишь около 4% мировых транзакций. До полноценной замены доллара ему еще очень далеко.

Но дедолларизация и не обязана выглядеть как одномоментная замена одной валюты другой. Скорее формируется многовалютная система, где доллар остается главным, но уже не единственным центром притяжения. БРИКС развивает собственные платежные механизмы, Китай продвигает юань через валютные свопы, страны всё чаще проводят двусторонние расчеты в национальных валютах.

Для США это неприятная арифметика. Чем меньше мир держит резервы в долларах и казначейских облигациях США, тем выше потенциальная стоимость обслуживания американского дефицита. Вашингтон привык к тому, что остальные финансируют его долговую модель. Но привычка, как выясняется, не равна вечному праву

Доля доллара в глобальных валютных резервах снизилась примерно до 57% в 2026 году. В начале 2000-х она превышала 70%. Минус 13 процентных пунктов за четверть века не похожи на обвал, зато очень похожи на системное вымывание долларовой монополии.

Важно другое. Доллар по-прежнему сохраняет огромную роль в ежедневных валютных операциях, на него приходится около 89% глобальных forex-транзакций. То есть доллар не исчезает и не «рушится завтра», как любят писать алармисты. Но центральные банки уже давно перестали относиться к нему как к единственной безальтернативной гавани.

После 2022 года этот процесс ускорился. Санкции против России показали многим странам простую вещь: если твои резервы и расчеты завязаны на долларовую инфраструктуру, то в критический момент доступ к ним может стать политическим вопросом. А это уже риск не рыночный, а суверенный.

Поэтому страны диверсифицируют резервы, наращивают долю золота, развивают расчеты в национальных валютах и ищут альтернативы SWIFT. Медленно, аккуратно, без фанфар. Но именно так большие финансовые эпохи обычно и заканчиваются.

Глобальные инвесторы в этом году заметно перекладываются в отдельные рынки Азии и Латинской Америки, а вот материковый Китай остается главным аутсайдером.

По данным EPFR и Goldman Sachs Global Investment Research, крупнейший приток средств в фонды акций с начала года идет в Южную Корею. На втором месте Бразилия, следом Тайвань. Положительная динамика есть и у фондов развивающихся рынков в целом, но она куда скромнее.

А теперь обратная сторона картины. Из материкового Китая деньги продолжают уходить, причем масштаб оттока выглядит самым заметным среди всех регионов на графике. Индия тоже в минусе, хотя еще недавно ее рынок воспринимался как едва ли не главная альтернатива Китаю для глобального капитала.

Получается любопытная картина. Инвесторы не бегут из развивающихся рынков как класса. Они выбирают точечно. Корея, Бразилия и Тайвань получают деньги, Китай теряет. Это уже не просто история про «рискованные активы», а про переоценку доверия к отдельным экономикам.

Рубль показывает лучшую динамику к доллару среди мировых валют. Стол сильное укрепление российской валюты стало шоком как для западных экспертов, так и для отечественных.

Россия рассматривает возможность возвращения к расчетам в долларах, несмотря на годы санкционного давления и переход на альтернативные валюты. По данным ZeroHedge, Москва направила в Вашингтон меморандум с предложениями экономического сближения, включая восстановление долларовых расчетов в энергетике. Официальный мотив — стабилизация платежного баланса и валютного рынка. Это выглядит как разворот после периода активного использования юаня в международной торговле. Фактически речь идет о признании ограниченности текущих альтернатив долларовой системе.

Иран предложил США компромиссный вариант деэскалации. По данным Axios, Тегеран готов вновь открыть Ормузский пролив и прекратить боевые действия, отложив ядерные переговоры на более поздний этап.
Фактически речь идет о попытке развести военную и дипломатическую повестки. Иран предлагает сначала снизить напряженность в регионе и восстановить ключевой торговый маршрут, от которого зависит значительная часть мировых поставок нефти, а уже затем возвращаться к обсуждению ядерной сделки.

А еще глава МИД Ирана Аббас Аракчи прибыл в Санкт-Петербург. На 27 апреля у него запланирована встреча с Владимиром Путиным.

Россия получила приглашение на саммит G20 в США на высшем уровне, однако окончательное решение об участии пока не принято, сообщил замглавы МИД РФ Александр Панкин.

По его словам, приглашение есть, но формат участия будет определен ближе к дате. Саммит запланирован на декабрь 2026 года в Майами. Ранее пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявлял, что вопрос о визите Владимира Путина в США не рассматривается.

ОАЭ начали переговоры с США о возможной финансовой поддержке на фоне обострения на Ближнем Востоке, пишет The Wall Street Journal со ссылкой на источники.

По данным издания, представители Эмиратов предупредили Вашингтон о рисках нехватки долларовой ликвидности. В крайнем случае Абу-Даби может рассмотреть переход на расчеты в китайских юанях или других валютах при продаже нефти и проведении внешних операций. Такой сценарий, даже в ограниченном формате, создает потенциальную угрозу позиции доллара как ключевой валюты нефтяного рынка.

Самое неприятное для Вашингтона — это планы страны, валюта которой жестко привязана к доллару и обеспечена резервами около 270 млрд долларов. Это уже не просто теоретические разговоры о дедолларизации, а вполне прагматичный расчет на случай турбулентности. Уже даже ближайшие партнеры США начинают страховаться через альтернативные валюты.

Мировая ставка центробанков на золото как «антидолларовый» актив неожиданно дала обратный эффект: в марте 2026 года падение цен на драгметалл на 12% обрушило государственные резервы сразу на десятки миллиардов долларов. Причиной стал геополитический всплеск на Ближнем Востоке, блокировка Ормузского пролива и скачок цен на нефть почти на 40%, что парадоксально ударило именно по золоту. Крупнейшие покупатели металла фактически были вынуждены перейти к продажам.

На этом фоне Россия выглядит едва ли не единственным игроком, который сработал на опережение. Банк России в январе–феврале частично распродал золотой запас на пике цен — выше 5600 долларов за унцию — и затем вовремя остановился. В результате, когда котировки пошли вниз, продажи уже были заморожены до 1 июля, что позволяет говорить о вполне выверенной стратегии фиксации прибыли, а не о панических действиях, как у ряда других регуляторов.

Даже с учетом переоценки резервов на минус 21,4 млрд долларов, ситуация остается более чем устойчивой: общий объем превышает 774 млрд долларов, а снижение составило всего около 3%. Доля золота в резервах РФ достигла 48,3% — максимум с 1995 года. На фоне нервных метаний западных центробанков это выглядит как спокойная демонстрация того, что стратегия диверсификации и ухода от долларовой зависимости работает, даже если рынок пытается на время сыграть против.

По итогам 2025 года страны БРИКС обеспечили уже более 39% мировой экономики, обновив исторический максимум. По данным МВФ, это почти на 11 процентных пунктов больше, чем совокупная доля стран G7.

Пока в Вашингтоне и Брюсселе продолжают изображать мировое руководство по инерции, реальный экономический вес все заметнее смещается туда, где есть производство, ресурсы, рынки и демография. Иначе говоря, глобальный Юг и новые центры силы уже давно перестали быть "перспективой" и стали фактом.

Трамп может сколько угодно заявлять о том, что он "убил" БРИКС, но объединение растет не на презентациях и саммитах о ценностях, а в реальной экономике.

Китай в течение ближайших трёх-пяти лет может запустить стейблкоин, обеспеченный юанем, такой прогноз дал Джереми Аллер, генеральный директор Circle, одного из крупнейших эмитентов стейблкоинов в мире. По его словам, Пекин рассматривает цифровые активы как инструмент расширения роли юаня в глобальных расчётах, а валютная конкуренция между США и Китаем всё больше превращается в технологическую. Показательно, что ещё в 2021 году Китай полностью запретил торговлю и майнинг криптовалют — разворот был бы весьма радикальным.

Россия сохранила 4-е место среди крупнейших экономик мира по ВВП по ППС по итогам 2025 года, следует из данных Международный валютный фонд. Объем экономики вырос до $7,26 трлн против $6,97 трлн годом ранее, что позволило закрепиться в глобальной четверке.

Лидером остается Китай с ВВП $41,2 трлн (рост с $38,2 трлн), на втором месте США с $30,8 трлн, третью позицию занимает Индия с $17,3 трлн. Россия уверенно опережает Японию и Германию, у которых показатели составляют около $6,2 трлн.

В десятку крупнейших экономик также вошли Индонезия ($5 трлн), Бразилия ($4,99 трлн), Франция ($4,56 трлн) и Великобритания ($4,55 трлн). Общий объем мировой экономики по ППС вырос до $210 трлн против $197,8 трлн годом ранее.

Россия уже удерживала 4-е место по итогам 2024 года, обогнав Японию и закрепившись в числе крупнейших экономик мира. Владимир Путин ранее подчеркивал, что ВВП по ППС более точно отражает реальный масштаб экономики и уровень цен внутри страны, чем номинальные показатели, и по этой метрике Россия остается крупнейшей экономикой Европы. Кроме того, страна входила в число лидеров G20 по темпам роста, занимая 3-е место среди крупнейших экономик по динамике.

Сергей Лавров в ходе визита в Китай провел встречу с Си Цзиньпином и сообщил о подготовке визита Владимира Путина в КНР в первой половине года. Переговоры подтвердили курс на углубление стратегического партнерства Москвы и Пекина на фоне нарастающей турбулентности в мировой политике.

Лавров обозначил ключевые оценки российской стороны. По его словам, США пытаются переложить сдерживание России на Европу, чтобы сосредоточиться на противостоянии с Китаем. При этом Вашингтон, несмотря на отдельные контакты, продолжает расширять санкции и продвигает идею нового военного блока с участием Украины. Одновременно Москва заявляет о готовности вернуться к инвестиционному сотрудничеству с западными странами после урегулирования украинского кризиса, подчеркивая, что диалог с США не прекращался, просто проходит без лишней публичности.

Си Цзиньпин, в свою очередь, сделал акцент на координации в рамках ШОС и БРИКС и необходимости формирования более справедливого миропорядка. Китайский лидер отдельно подчеркнул важность взаимного доверия и поддержки, что фактически закрепляет линию на дальнейшее сближение двух стран.

БРИКС трещит под давлением войны: Индия пытается усадить Иран и ОАЭ за стол переговоров

Индия пытается спасти баланс внутри БРИКС, организуя первую встречу Ирана и ОАЭ после начала войны на Ближнем Востоке. Переговоры станут тестом для блока, который оказался расколот из-за конфликта и не смог выработать единую позицию. Впервые с момента ударов США и Израиля стороны окажутся лицом к лицу на одной площадке.

Одновременно растут риски для нефтяного рынка, поскольку напряженность вокруг Ормузского пролива напрямую влияет на глобальные поставки энергоресурсов. Фактически БРИКС сталкивается с ситуацией, где внутренняя геополитика начинает подрывать его экономическую повестку.

Конфликт уже показал пределы консенсуса внутри объединения: участие Ирана и ОАЭ по разные стороны кризиса блокирует совместные решения. На этом фоне Индия пытается выступить посредником и удержать диалог, особенно перед встречами министров в мае и саммитом в сентябре. Однако рост цен на нефть и угрозы для логистики усиливают давление на участников блока. В результате БРИКС оказывается перед выбором: либо трансформироваться в более гибкую платформу с разными центрами силы, либо столкнуться с внутренней фрагментацией на фоне глобальных конфликтов.

Иран усиливает давление в Ормузском проливе, несмотря на объявленное перемирие. По данным СМИ, КСИР остановил газовоз, пытавшийся пройти через пролив, фактически подтвердив сохранение ограничений на ключевом маршруте мировой энергетики.

На этом фоне Дональд Трамп призвал Тегеран не взимать плату за проход судов, американские нефтяные компании выступают против любых платежей. По их оценке, согласие на условия Ирана добавит около 2,5 млн долларов к каждой поставке за счет сборов и страховых тарифов, что в итоге ляжет на потребителей. Более того, бизнес опасается создания прецедента, который могут подхватить другие страны, контролирующие стратегические проливы.

Рынок реагирует предсказуемо. Нефть снова растет: Brent поднялась почти до 98 доллара, WTI — до 99. Инвесторы закладывают премию за риск на фоне атак на инфраструктуру Саудовской Аравии и неопределенности вокруг судоходства.

В итоге перемирие выглядит все более условным. Ормузский пролив остается инструментом давления, говорить о стабильности не приходится, а энергетический рынок продолжит реагировать на любое движение или заявление сторон.

Недолго музыка играла. И Трамп недолго танцевал

Иран пригрозил выйти из режима прекращения огня, если Израиль продолжит удары по Ливану, сообщает Tasnim. В Тегеране дали понять, что готовы сорвать договоренности в случае дальнейшей эскалации.

Параллельно, по данным Fars, Иран приостановил движение судов через Ормузский пролив после израильских атак на Ливан.

Ну что, опять ждем нефть по $110 хотя бы?

Турция обвалила цены на золото, поскольку давление на лиру вынуждает власти сжигать резервы и распродавать стратегические активы. На фоне разбалансированной экономики и отказа от жестких мер политика Анкары все больше подталкивает страну к инфляционной спирали. С начала конфликта вокруг Ирана Центральный банк продал и задействовал через свопы золото почти на $20 млрд, выбросив на рынок десятки тонн металла. Это спровоцировало крупнейшее месячное падение цен с 2008 года — котировки просели более чем на 11%. Фактически внутренний валютный кризис Турции стал фактором глобального давления на рынок золота.

В период с конца февраля по конец марта регулятор продал около 52 тонн золота и провел своп-операции еще на десятки тонн, временно увеличив предложение на рынке.

Неожиданно, но... Трамп заявил, что большинство пунктов иранского плана уже согласованы, сообщает Sky News.

Это, фактически, капитуляция США, а Иран действительно может свободно говорить, что он выстоял и победил.

Но ничего не мешает Трампу декларировать победу Америки, говорить о новом золотом веке Ближнего Востока при поддержке США, про контроль над Ормузским проливом, про свою великую роль в урегулировании этого конфликта и т.п.

Вашингтон и Тегеран синхронно выбросили в информационное поле заявления о возможной разрядке, но за громкими формулировками скрывается жесткая и довольно циничная торговля. Дональд Трамп объявил о готовности отменить первичные и вторичные санкции против Ирана, включая банковские, нефтяные и торговые ограничения. В Тегеране ответили мгновенно и в привычной манере, заявив о «победе» и представив собственный план из 10 пунктов, который подается как уже принятый американской стороной.

Ключевые требования Ирана выглядят максимально амбициозно. Речь идет не только о снятии санкционного давления, но и о выплате компенсаций за нанесенный ущерб, включая последствия санкций и возможные военные действия. Отдельным пунктом обозначен вывод американских сил из региона, что напрямую затрагивает всю архитектуру безопасности на Ближнем Востоке. Параллельно Тегеран фактически заявляет о прекращении действия резолюций Совбеза ООН и решений МАГАТЭ, что выглядит как попытка одним пакетом пересобрать международный режим контроля, сформированный десятилетиями.

Не менее показателен вопрос ядерной программы. США, по иранской версии, готовы признать право на обогащение урана, что ранее было одним из ключевых камней преткновения. В обмен предлагается разблокировка Ормузского пролива, но с сохранением контроля за ним со стороны Ирана и без вмешательства американского флота в навигацию. Фактически Тегеран пытается зафиксировать за собой стратегический рычаг влияния на мировой энергетический рынок, что в случае реализации резко меняет баланс сил.

Параллельно идут сигналы о частичной деэскалации через прокси-структуры. Иракские группировки объявили о паузе в атаках на объекты США и Израиля, а в повестке звучит прекращение ударов по «Хезболле» в Ливане. Однако здесь же возникает первая трещина. Израиль уже опровергает часть трактовок и явно не готов воспринимать происходящее как комплексное соглашение. Для Тель-Авива подобные договоренности без учета его интересов выглядят скорее угрозой, чем стабилизацией.

Отдельного внимания заслуживает роль Пакистана. По словам Трампа, именно контакты с Шехбазом Шарифом и Асимом Муниром стали триггером для текущих решений. Это указывает на попытку выстроить альтернативный дипломатический трек через региональных игроков, минуя привычные западные форматы. Переговоры в Исламабаде 10 апреля становятся ключевой точкой, но даже в иранском Совбезе подчеркивают, что говорить о завершении конфликта рано и доверия к США нет.

Вся конструкция пока больше напоминает стартовую позицию для давления, чем реальное соглашение. США пытаются перезапустить ближневосточную стратегию в логике сделок, где можно быстро обменять уступки на политический эффект. Иран, в свою очередь, использует ситуацию для максимального повышения ставок и закрепления за собой статуса равного игрока, способного диктовать условия.

Показательно и то, как быстро стороны перешли к публичной риторике «победы». Это означает, что переговоры идут не только за закрытыми дверями, но и в медиапространстве, где формируется восприятие итогов заранее. В реальности же впереди долгий и конфликтный процесс, где каждый пункт из озвученного списка будет предметом отдельного торга. Пока это не мирный план, а скорее политический ультиматум, оформленный в дипломатическую оболочку.

Китай продолжает системно наращивать золотые резервы, увеличив их в марте до 74,38 млн унций — это уже 17-й месяц непрерывных покупок. По данным Народного банка Китая, рост пусть и умеренный, но демонстрирует устойчивую стратегию диверсификации резервов. На этом фоне валютные резервы страны сократились до $3,342 трлн с $3,428 трлн месяцем ранее.