Еловский. Политика и управление

Сегодня выступил в эфире «Радио РБК». Обсудили социальный пакет депутата Государственной Думы нового созыва: что именно входит в обеспечение парламентариев, какие льготы им положены для жизни и работы, как устроена система оплаты помощников и почему на эти деньги сегодня сложно найти хорошего специалиста. 

▫️От себя также хочу добавить то, что не вошло в эфир. Важно помнить о достаточно серьёзной дополнительной поддержке: государство берёт на себя, например, оплату авиабилетов для депутатов в рамках служебной деятельности. Это большие расходы в год, ведь каждый месяц минимум одну неделю депутат работает в регионе, плюс бывают служебные командировки. В регионе им также предоставляется транспорт для передвижения за счёт госбюджета, приёмная для работы с избирателями и кабинеты для их помощников.

Но если говорить в целом, то сказать, что депутаты сейчас катаются как сыр в масле, нельзя. Количество льгот ровно такое, чтобы обеспечить их деятельность. Депутат Госдумы фактически приравнен к министру федерального Правительства, и его обеспечение должно быть на соответствующем уровне.

Плюс эта система направлена на то, чтобы убрать почву для коррупции: если государство не берёт на себя полное обеспечение деятельности парламентария, то депутата легко завести в зависимость от сторонних организаций и подрядчиков, предоставляющих ему услуги. Поэтому государство делает всё, что может, чтобы избежать таких ситуаций, — хотя, конечно, это не исключает коррупцию полностью.

Сегодня по приглашению Фаины Милевской — социального архитектора и заместителя гендиректора Союза «Атомные города» — был на финале «Атомного диктанта» в Ленинке.

Место проведения само по себе задаёт планку: Российская государственная библиотека придаёт мероприятию безусловный статус, соответствующий интеллектуальному уровню события.

В зале было 400 человек. Это в два раза больше, чем в прошлом году. Много детей, студентов и семей. И если смотреть на цифры в целом, то масштаб впечатляет: за 6 лет проект вырос из маленькой локальной истории до события мирового масштаба. Сегодня это более 200 тысяч участников из 112 стран и 2 тысячи площадок по всему миру. Диктант пишут на АЭС, на атомном ледоколе «50 лет Победы» и на зарубежных площадках при поддержке наших посольств.

Но самое классное там — не статистика, а то, как благодаря этому меняется социальная реальность. Люди узнают об атомной промышленности через очень комфортное и нативное взаимодействие. Формат позволяет превратить «сложную физику» в личный интерес: выстраивается среда, где гордость за технологическую мощь страны становится осязаемой.

Мне и самому было очень интересно отвечать на вопросы. На самом финале ответил правильно на 9 из 10. Хвалю себя, хоть я и не атомщик :-)

И, конечно, всех работников атомной промышленности — с профессиональным праздником! Спасибо за то, что создаёте будущее, и за то, что умеете так круто и понятно о нём рассказывать.

Кейс. Как визиты федеральных руководителей становятся управленческим инструментом. На примере Ставрополья.

У любого крупного социального объекта есть три уязвимых места: финансирование, согласования и сроки. Каждое из них находится за пределами региональных полномочий, и губернатор влияет на них только опосредованно. Владимир Владимиров решает эту задачу через последовательное вынесение ключевых объектов на контроль первых лиц государства. Сентябрьская встреча с министром здравоохранения Михаилом Мурашко на площадке «МинводыЭкспо» дает повод разобрать, как эта схема работает.

Хронология одного объекта выглядит так. В мае 2025 года Мурашко приехал на Ставрополье и проинспектировал строительство нового корпуса Кисловодской городской больницы. В октябре того же года состоялся повторный визит: министр проверял готовность корпуса на фоне задержки. А 18 февраля 2026 года Владимир Путин по видеосвязи дал старт работе объекта, Владимиров участвовал в церемонии. Корпус построен по госпрограмме «Развитие здравоохранения», вложено почти 4 млрд рублей из федерального и краевого бюджетов.

Что дает такая конструкция:

1. Разделение ответственности. Федеральное ведомство, которое выделяет деньги и согласует решения, перестает быть внешней инстанцией и становится участником проекта. После личной инспекции у министра появляется публичная привязка к результату, а значит, и собственный интерес довести объект до конца.

2. Дополнительный рычаг для региона. Повторный визит на фоне отставания от графика работает эффективнее. Вопросы, которые в обычном режиме решаются месяцами, при включенности федерального руководителя проходят быстрее, а у края появляется аргумент в разговоре со всеми участниками стройки.

3. Максимальный статус завершения. Открытие объекта первым лицом страны переводит региональную стройку в федеральную повестку. Для жителей это подтверждение значимости объекта, для региона и губернатора — репутационный результат, который работает на следующие проекты.

4. Воспроизводимость схемы. Ключевое здесь в том, что цикл не разовый. На «МинводыЭкспо» Владимиров доложил министру о развитии здравоохранения в крае и результатах модернизации первичного звена, на которую регион ежегодно получает около 6 млрд рублей федеральных средств. И сразу пригласил Мурашко на открытие нового корпуса краевой детской больницы в Ставрополе, запланированное на конец ноября. Новый объект заходит в ту же схему на стадии завершения.

Секрет управленческого успеха губернатора Владимирова во многом в умении привлечь внимание первых лиц к объектам развития региона. Причем внимание не просто протокольное, а рабочее: с инспекцией, контролем сроков и личной вовлеченностью в результат. Медицина здесь показательный, но не единственный пример такого подхода региона.

Кейс. Как федеральная стратегическая задача превращается в работающий проект. На примере Архангельской области.

Северный морской путь остается одним из ключевых стратегических проектов страны, и задача, поставленная президентом, сформулирована предельно конкретно: превратить СМП в круглогодичный устойчивый международный транспортный коридор. Но коридор существует не тогда, когда о нем говорят, а тогда, когда по нему регулярно идут суда с реальным грузом в обе стороны. Архангельский кейс показывает, как эта задача решается.

В порт Архангельск прибыло первое в этом году судно из Китая, прошедшее по Северному морскому пути в рамках мультимодального маршрута "Арктический экспресс №1". Компания Hainan Yangpu NewNew Shipping доставила порядка 880 контейнеров с автокомплектующими. Обратным рейсом уйдут контейнеры с продукцией «Лесозавода 25» и никелевым концентратом Кольской ГМК.

За счет чего складывается такой результат:

1. Проект вышел из стадии эксперимента. За 2024 и 2025 годы в рамках «Арктического экспресса» выполнено семь импортных и семь экспортных рейсов, суммарно около 17,5 тысячи контейнеров. В Россию везли автокомплектующие, оборудование и стройматериалы, автомобили, одежду, обувь, химическую продукцию. На экспорт шли пиломатериалы, целлюлоза, полиэтилен, картон, продовольствие, никелевый концентрат. Загрузка в обе стороны отличает работающий коридор от разовых демонстрационных рейсов.

2. У маршрута есть экономическое преимущество, а не только политическое значение. Схема мультимодальная: 1200 км по железной дороге от станции Белый Раст в Московском узле до Архангельска, затем 6600 морских миль до Шанхая, Тяньцзиня, Тайцана и Наньша. Транзитное время составляет 20–25 суток, а доставка из центральных регионов России в китайские порты сокращается до 55% по сравнению с южным маршрутом через Суэцкий канал. Для грузоотправителя это считаемая выгода.

3. Партнер проверен практикой. Hainan Yangpu NewNew Shipping прошла с регионом путь от экспериментальных рейсов до полноформатного маршрута. На этой основе строится следующий шаг: на полях ПМЭФ-2026 Губернатор Архангельской области Александр Цыбульский договорился с компанией об участии в проекте глубоководного района порта Архангельск в качестве соинвестора. В проекте уже участвует Росатом. Переход партнера из перевозчиков в инвесторы говорит о доверии к региону лучше любых деклараций.

4. Работает репутационный эффект. Потенциальные партнеры, российские и зарубежные, видят действующий маршрут и то, что власти и бизнес Архангельской области выполняют договоренности. Для Китая, который занимает первое место среди зарубежных стран по товарообороту с регионом и обеспечивает около 50% его внешнеторгового оборота, это подтверждение правильности выбора.

Для страны развитие Северного морского пути означает более устойчивую и независимую логистику, рост экспорта и усиление позиций в международной транспортной системе. Для региона все связанные экономические выгоды. 

Команда Александра Цыбульского работает в логике национальных приоритетов, и «Арктический экспресс» показывает, как арктическая стратегия переводится из документов в регулярное судоходство.

Друзья, напоминаем, что в 12:00 начнется наш эфир 

Подключиться можно по ссылке:
https://us06web.zoom.us/j/84848064873?pwd=EcWp5k9Fsi5pSjbTEyPlrvWf9QNVjU.1

Вступил в Российскую ассоциацию политических консультантов

РАПК — самая крупная в стране профильная ассоциация политконсультантов. Многие члены ассоциации — мои хорошие друзья и товарищи, а теперь мы ещё и формально входим в одну организацию:)

Отдельное спасибо членам правления РАПК за принятое решение и поддержку. Фирдусу Завидовичу Алиеву, президенту ассоциации, — за рекомендацию и доверие, и Жене Столяровой — тоже за рекомендацию.

Надеюсь, мои компетенции и опыт будут полезны коллегам по цеху.

Я проиграл… Что дальше?

Вы проиграли на выборах? И что теперь? Бросить всё, исчезнуть из инфополя, искать виноватых или собраться и двигаться дальше?

Завтра в 12:00 (по мск) с моим другом, политтехнологом, автором крутого тг-канала «Щеголихин Пишет Хорошо» Ильей Щеголихиным проведём онлайн-эфир «Я проиграл… Что дальше?».

Все говорят о победе, а мы поговорим о том, как остаться в игре и превратить поражение в будущую победу.

На реальных кейсах покажем, как кандидаты после проигрыша строили ещё более успешную карьеру.

Задавайте вопросы в комментариях под этим постом.

➡️Подключайтесь завтра в 12:00 по ссылке:

https://us06web.zoom.us/j/84848064873?pwd=EcWp5k9Fsi5pSjbTEyPlrvWf9QNVjU.1

В колонке для «Газета.Ru» поделился своим мнением относительно переформатирования оппозиционных сил в парламенте и их позиционирования.

▪️«Одним из главных итогов прошедших выборов в Госдуму стала полная перестройка оппозиции. В первую очередь хочется проанализировать итоги КПРФ, которая десятилетиями играла роль главной оппозиционной силы. Партию ожидает потеря части одномандатников, что означает существенное сокращение фракции в парламенте. Это ставит вопрос о самом позиционировании КПРФ в новых условиях», — сказал Еловский.

На этом фоне ЛДПР и «Новые люди», которые боролись за третье место по числу мандатов в Госдуме, показали отличный результат, считает политолог.

«ЛДПР не просто выжила после утраты основателя — она усилилась. Партия, которую еще недавно списывали со счетов, укрепила позиции и заняла третье место по популярности. «Новые люди» — еще один пример успешной кампании. «Новые люди» проделали огромную работу и выстроила правильное позиционирование», — пояснил эксперт.

«Партия «Справедливая Россия» сейчас на грани прохождения необходимого барьера, и причин две. Первая в том, что КПРФ и СР фактически конкурируют на одном фланге, эксплуатируя схожие идеи, и жертвой в итоге становится более слабый игрок. Вторая — субъективная: эсэры сами провели слабую кампанию, не нашли понятного позиционирования и постоянно метались между лево-глобалистским и право-патриотическим проектами», — заключил Еловский.

https://www.gazeta.ru/politics/news/2026/09/21/29360485.shtml

Выборы в Красноярском крае завершились победой «Единой России» во всех одномандатных округах: и на выборах в Госдуму, и на выборах в Законодательное собрание. Для региона с большой территорией и заметным протестным сегментом в крупных городах такой результат нельзя считать само собой разумеющимся. 

Что показывают цифры

По единому краевому округу на выборах в ЗС «Единая Россия» получила 40,26%, КПРФ — 19,19%, ЛДПР — 15,39%, «Новые люди» — 11,56%. Остальные партии в краевой парламент не прошли. В прошлом созыве у ЕР было 36 мандатов, у КПРФ — 8, у ЛДПР — 4, у «Новых людей» — 2, по одному у «Зелёных» и «Справедливой России». Теперь партия усиливает доминирование в Заксобрании, а число фракций сокращается.

Явка составила 50,5%. За счёт более высокой явки за «Единую Россию» проголосовали примерно на 100 тысяч человек больше, чем в 2021 году. Этот показатель говорит о расширении поддержки в абсолютных числах, а не о перераспределении при низком участии. 

Региональный список возглавил губернатор Михаил Котюков, тем самым взяв на себя персональную ответственность за результат. Проверенная и часто используемая модель, но несущая определённые риски: неудачная кампания становится личной неудачей. Губернатор на этот риск пошёл. Вторая составляющая связана с качественной работой внутриполитического блока и самого внутрипола - кампания прошла без скандалов и показала высокий мобилизационный потенциал, так как, явку выше 50% и победу во всех округах невозможно объяснить лишь одной административной мобилизацией.

Иркутская область никогда не была для партии власти простым регионом. Крупный промышленный субъект с устойчиво низкой явкой, заметной поддержкой левых и выраженной протестной традицией — так здесь голосуют уже два десятилетия, и это давно считается нормой. Но кампания 2026 года проверила регион на прочность куда жёстче, чем обычно.

Испытание, которого никто не ждал

Приангарье находится в тысячах километров от линии фронта, и казалось, что прямые последствия его не заденут. Вышло иначе. Когда на западе страны из строя были выведены объекты нефтепереработки, эхо дошло до Иркутска одним из первых: в середине июня именно Иркутская область и Забайкалье раньше других столкнулись с резким дефицитом топлива. Для региона это ожидаемо стало ударом по всей логистике: по аграриям в разгар полевых работ, по общественному транспорту, по коммунальным службам.

Кампания, которая стала антикризисной работой

В этой ситуации от региональной команды во главе с губернатором Игорем Кобзевым потребовалась не столько электоральная работа, сколько устранение кризиса. Оперштаб по топливообеспечению, переговоры с федеральными министерствами и топливными компаниями, перестройка модели поставок, приоритет для скорой помощи, пожарных, транспорта и сельхозтехники.

Важно, как это было сделано. С одной стороны — чёткость, решительность и скорость решений. С другой — высокая степень включённости в то, что переживали люди: губернатор лично объезжал заправки, прямо говорил, что ситуация остаётся тяжёлой, и не прятался за сводками. В кризисе, который бьёт по каждому жителю, эмпатия оказывается не менее важной, чем эффективность. Человек готов терпеть трудности, если видит, что власть их не отрицает и работает над решением. Ту же линию держали партия и её кандидаты: работа с конкретными проблемами вместо стандартной агитации.

При этом регион смог мобилизовать всех своих депутатов

Показательна работа Марии Васильковой. Сильный федеральный лоббист с широкими контактами и связями, она была активно вовлечена в кампанию, много встречалась с жителями региона. Отдельно стоит отметить её социо-архитектурный проект «Труженики тыла. СВО. Иркутск», разработанный совместно с Комитетом РАСО по социальной архитектуре. Инициатива — часть более крупного проекта #КиберЛюди. В сентябре в Приангарье прошла первая в России региональная конференция в этом формате. Проект возвращает общественное признание инженерам, рабочим и технологам, на труде которых держится фронт, и одновременно работает как инструмент профориентации для школьников.

Результат на этом фоне

Явка в регионе составила 38,75% — выше, чем в 2021 году (36,99%) и в 2016-м (34,66%). «Единая Россия» лидирует по партийному списку с 35,7% — практически тот же результат, что и пять лет назад, — и взяла три одномандатных округа из четырёх. КПРФ — 23,29%, ЛДПР — 12,88%, «Новые люди» — 12,17%.

Если смотреть на эти цифры без контекста, то они выглядят обычными. Но важно понимать, что эти цифры — свидетельство того, что регион удержал уровень поддержки партии власти 2021 года — кампании, которая проходила до СВО и до нынешних кризисов, — и даже немного прибавил по явке. Причём прошёл через ситуацию, которая в другом случае вполне могла обернуться протестной мобилизацией.

Могло быть заметно хуже. Но не стало — прежде всего потому, что команда справилась с кризисом и при этом не оттолкнула людей. Для Иркутской области этот результат можно назвать более чем успешным.

Кейс. Как регион превращает федеральный стандарт в инструмент развития. На примере Омской области.

Стандарт общественного капитала бизнеса разработан Агентством стратегических инициатив (АСИ) по поручению Президента и закреплён постановлением Правительства в конце прошлого года. Это система оценки реального вклада компании в развитие территории: 95 показателей по шести направлениям, от экологии и социальной политики до деловой репутации.

Но сам по себе документ ничего не меняет. Стандарт становится рабочим инструментом только тогда, когда у компании появляется практический смысл ему соответствовать. Эту часть задачи решает уже регион, и здесь разница между субъектами оказывается значительной.

АСИ сообщило, что Стандарт официально признан критерием социальной ответственности компаний в трёх регионах — Омской области, Хабаровском и Красноярском краях. При этом самый широкий пакет мер поддержки, по оценке агентства, сформирован именно в Омской области.

За счёт чего это получилось:

1. Ранний вход и понимание перспективы. Омская область вошла в число 15 пилотных регионов по инициативе губернатора Виталия Хоценко и стала первой в Сибири, присоединившейся к внедрению Стандарта. Регион начал готовить инфраструктуру поддержки тогда, когда федеральная рамка ещё только формировалась. Поэтому поручение Президента омичи выполнили одними из первых.

2. Конкретные преференции для бизнеса. Компания, подтвердившая соответствие, получает льготные займы, возмещение затрат на основные средства, повышенные ставки субсидий и еще немало других преференций.

3. Закрепление в нормативке и стратегии. Статус ответственного предприятия работает в регионе на основании закона с начала года, а сама работа вписана в областную стратегию достижения целей устойчивого развития до 2030 года. Это принципиально: получается не разовая кампания под федеральную повестку, а элемент системы регионального управления с горизонтом в несколько лет.

4. Подтверждённый результат. Восемь омских компаний уже получили статус соответствия Стандарту. То есть механизм проверен на практике.

Главное здесь — смена мотивации бизнеса. Когда за социальную ответственность компания получает измеримые преимущества, вложения в территорию перестают быть благотворительностью и становятся частью экономической логики предприятия: инвестицией в среду, где фирма работает, и в людей, которые здесь живут. 

Регион в свою очередь получает не разовые пожертвования, а системные вложения в качество жизни — наглядный пример социальной архитектуры. Такой набор мер делает Омскую область заметно привлекательнее для компаний, ориентированных на долгое присутствие.

У каждой партии есть повестка, с которой ей тяжело работать в силу своего позиционирования. У «Новых людей» это тема ЖКХ.

Партия ассоциируется с урбанистикой, предпринимательством и современностью. А ЖКХ — это советское наследие, бесконечные жалобы, прорванные трубы, тарифные войны и бюрократия. Органично вписать кандидата от НЛ в эту тему — сложная задача. Обычно в таких случаях кандидаты просто идут во дворы с мегафоном и играют в «народных заступников», выглядя чужеродно для своего электората.

Анастасия Павлюченкова в 197-м округе нашла креативное и работающее решение этой проблемы. Она заходит в повестку через её институционализацию.

Её главная инициатива — создание федерального института жилищного омбудсмена. Заявленная цель института — защита прав граждан, борьба с бюрократическими преградами и создание понятных правовых механизмов. Павлюченкова перевела тему из плоскости дворовых разборок в плоскость госстроительства и работы на более высоком уровне.

На днях Анастасия провела круглый стол в Институте законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ — кузнице правовых заключений для правительства. В обсуждении приняли участие представители ФАС, Роспотребнадзора и ТПП. Риторика Павлюченковой нашла отклик и в институте финансового уполномоченного.

При этом вся работа по этому направлению — не личная «хотелка» кандидата, а подтверждённый запрос общества. 62% респондентов Russian Field одобряют идею.

В качестве итога кампании Павлюченкова объявила, что её первым законопроектом в Госдуме в случае избрания станет именно закон о жилищном омбудсмене. То есть магистральная линия кампании находит своё логичное завершение: истории жителей → социология → экспертная проработка → конкретный законопроект. Обычно темы меняются под новостную повестку, а здесь одну идею пронесли через всю дистанцию и потенциально довели до законодательного контура.

Для коллег по цеху это отличный пример того, как тяжёлую, «неудобную» для партии тему можно структурировать и сделать флагманской. Павлюченкова показывает, что умеет работать не только с локальными креативными форматами (например, АПМ, о которых писал ранее), но и с большой федеральной повесткой, предлагая системные решения. И, что главное, доводит идеи до логического финала, а не намерена оставить их предвыборными обещаниями.

В «Известиях» вышла моя колонка о том, как Международный фестиваль молодежи, проходящий в Екатеринбурге, работает на формирование долгосрочного международного доверия к России. 

▪️Мы живем в эпоху серьезных потрясений, когда неопределенность становится новой нормой, а доверие между политиками, странами и целыми народами стремительно разрушается. Старые институты дают сбои, привычные союзы переживают кризисы, а вместо диалога всё чаще звучит язык давления и ультиматумов. В этих условиях особенно важно разговаривать не только с сегодняшними элитами, но и напрямую с обществом, прежде всего с новым поколением.

Молодежь всё чаще становится самостоятельным политическим фактором и одновременно объектом внешнего влияния. Показателен случай Непала: до событий 2025 года американцы годами вкладывались в местную политическую инфраструктуру — программа USAID Niti Sambad объемом около $20 млн была направлена на работу с парламентом, партиями, избирательными институтами и гражданским обществом. «Революция зумеров» была радикализирована внедрившимися в нее группами, поджоги и акты насилия были спланированы заранее. Это показывает, насколько легко энергия молодого поколения при внешнем влиянии, с помощью цифровых технологий и внутреннего кризиса может становиться масштабной движущей силой. Только направлять эту силу нужно во благо.

Россия предлагает иную модель работы с молодежью — через прямые контакты, совместные проекты, образование, культуру и профессиональное сотрудничество. На практике всё это воплотил Международный фестиваль молодежи, который проходит в Екатеринбурге с 11 по 17 сентября. Его масштаб значительно превосходит обычный форум: здесь собрались 10 тыс. участников из 191 страны, половина из них — иностранцы, а российская делегация представляет все 89 регионов страны.


Читать далее: https://iz.ru/2167979/dmitrii-elovskii/molodye-nabegi

Посмотрел интервью Дарьи Кислицыной о кампании «Новых людей» в Мордовии. Обычно региональная кампания устроена просто: агитация, встречи для отчёта, листовки — и всё это живёт ровно до дня голосования. В Мордовии видно другое: партия выстраивает постоянное присутствие, и делает это методами социальной архитектуры. Для Кислицыной это профильная тема, и разница чувствуется сразу.

Социальная архитектура в этом случае становится работой с конкретными точками контакта: дворами, общественными пространствами и локальными сообществами. То есть с теми местами, где человек живёт каждый день и где он реально способен что-то изменить, если ему дать инструмент.

Как это выглядит на практике:

30 августа в Рузаевке открылось первое местное отделение партии за пределами Саранска — выступали Кислицына и секретарь реготделения Владислав Тулаев. В тот же день там впервые прошёл проект «Голос города». Смысл не в самом факте открытия отделения партии, а в том, что у жителей появляется точка, куда можно прийти с предложением и включиться в работу, а не только получить агитку. В самом Саранске при этом действуют три местных отделения — по числу районов города. Это позволяет вести работу на районном уровне, а не из одного штаба на всю республику.

Отдельная история — штаб помощи одиноким матерям. Постоянная площадка с юридическими консультациями: алименты, социальные гарантии, оформление документов и защита прав семьи. Формат такой, что качество взаимодействия проверяется очень быстро: либо человеку действительно помогли, либо нет.

Плюс серия общественных инспекций по обращениям жителей. Команда выезжает на проблемные объекты и вместе с горожанами оценивает состояние городской среды, отдельно смотрит на доступность пространств для маломобильных людей и семей с детьми. И регулярные встречи во дворах и на предприятиях, где повестка формируется из тех вопросов, которые поднимают сами жители.

Что здесь принципиально. Партия перешла от общей агитации к присутствию «на земле», а это разные вещи. Агитация заканчивается вместе с кампанией, а присутствие остаётся. Избиратель, который один раз получил конкретную помощь или увидел решённую во дворе проблему, оценивает партию иначе, чем тот, кому просто рассказали о хороших намерениях.

Получается то, что можно назвать партией практической пользы. Для регионального отделения это гораздо более прочное основание, чем любая агитационная кампания, — и по нынешним временам довольно редкий подход. И это сработает на результат, который, уверен, окажется у «Новых людей» в Мордовии выше, чем был в 2021 году, когда никому почти неизвестная партия набрала 2,9% голосов.

На финише кампании обычно начинают прогнозировать, кому достанется протестный голос. В Москве сама постановка вопроса уже не совсем точна. Единого протестного избирателя, которого можно механически сложить и передать одной партии, фактически нет. Есть несколько групп с разными причинами критического отношения к власти и разными представлениями о том, как это отношение выразить на выборах.

Первое, что изменилось, — протест стал менее идеологическим. Человек может критически воспринимать отдельные решения, но при этом не считать себя ни коммунистом, ни либералом, ни сторонником какой-либо другой оппозиционной идеологии. Прежняя схема, когда оппозиционная идентичность почти автоматически приводила к голосованию за определённую партию, сегодня работает заметно слабее.

Второе — московский избиратель спокойно держит в голове две оценки одновременно. Он может критиковать конкретные решения власти и при этом положительно оценивать общий курс развития города, изменения городской среды и работу Мэра. Критика не превращается автоматически в запрос на смену курса, и это принципиальный момент.

Третье — даже при готовности голосовать против партии власти возникает вопрос, кому именно отдать голос. КПРФ сохраняет наиболее устойчивое идеологическое ядро. ЛДПР работает с патриотической и социальной повесткой. «Справедливая Россия» находится на близком к коммунистам поле социальной справедливости. «Новые люди» заметно отличаются от остальных позитивной кампанией, молодой городской аудиторией и эмоцией будущего. В результате потенциальный протестный голос не складывается в одну корзину, а распределяется между несколькими предложениями.

Четвёртое — сама конкуренция оппозиционных партий работает на распыление этого электората. Они конкурируют одновременно с «Единой Россией» и друг с другом. На федеральном уровне различия между ними понятнее, чем в Москве, где всем приходится отвечать на один и тот же вопрос: какую альтернативную модель развития столицы они предлагают. Внятного ответа пока нет ни у кого.

Отдельно стоит сказать про изменение самого политического ландшафта города. За последние годы выросла группа горожан, которые связывают себя с действующим курсом или как минимум его принимают. Для оппозиции это означает, что мобилизации традиционно критических сегментов уже недостаточно. Нужно расширять собственную аудиторию и давать человеку содержательное основание выбрать именно эту партию, а не соседнюю.

Главная проблема протестного электората Москвы в 2026 году — не его отсутствие, а отсутствие единого политического адресата. Часть критически настроенных избирателей остаётся внутри своих традиционных партийных ниш, часть выбирает между несколькими оппозиционными силами, часть вообще не считает отдельные претензии основанием для смены общего курса.

Поэтому московский протест сегодня — это скорее набор разных электоральных потоков, чем единая политическая рамка. И именно неспособность кого-то одного собрать значительную часть протестного электората вокруг себя ограничивает результат оппозиции на финише кампании.

Вчера ЛДПР провела митинг-концерт «ЛДПР: мы знаем, что делать!» — завершающее мероприятие всей кампании. Собрали членов партии со всей страны, Леонид Слуцкий представил инициативы, с которыми ЛДПР идет в новый созыв.

Сначала про задачу, которую такое мероприятие решает. Последняя неделя перед голосованием — уже не время для убеждения: те, кто симпатизирует партии, свое мнение сформировали. Вопрос в другом — дойдут ли эти люди до участка. Для ЛДПР он стоит острее, чем для многих: партия исторически работает с избирателем, который разделяет ее повестку, но не всегда доводит дело до голосования.

При этом адресат у митинга двойной. Ядерный электорат — очевидный: человек, приехавший из региона, возвращается домой не просто со впечатлениями, а с ощущением причастности к чему-то большому. Дальше он работает уже не как сторонник, а как агитатор в собственном окружении, и в последнюю неделю это самый дешевый и самый эффективный канал, который вообще есть у партии. Но само название мероприятия адресовано шире. «Мы знаем, что делать» — это сообщение для тех, кто еще выбирает: партия предлагает не эмоцию, а готовность к работе.

Отдельно стоит отметить сам факт сбора людей со всей страны в одной точке. Это способна сделать не каждая партия: нужна работающая региональная сеть, а не ее описание в отчетах. Мероприятие становится доказательством того, что структура существует. На фоне конкурентов, делающих ставку на медийные форматы, ЛДПР предъявляет не только «картинку», как некоторые оппоненты, но и команду с ясной для избирателя программой.

Теперь про содержательную часть. На сцену вышел не только лидер: выступали спикеры разных направлений, от сенатора и региональных депутатов до руководителя молодежной организации. Партия, работающая с недовольством, на финише кампании смещает акцент с эмоции на компетентность. Для колеблющегося избирателя, которому эмоций и так хватает, это более сильное предложение, чем очередной повод для возмущения.

Содержательно ЛДПР осталась в своей привычной рамке: тарифы, пенсии, доступность медицины, неравенство территорий. Слуцкий строит аргументацию на том, что во многих регионах рядом с людьми остается только их партия. Новых тем здесь не изобретают — берут те, что уже звучат на местах, и переводят в законодательные предложения. Для регионального избирателя это прямой сигнал: говорят про его проблемы.

Механика в целом классическая, и в этом ее сила. Финальное мероприятие одновременно подтягивает собственный актив и дает колеблющимся понятный аргумент: за партией стоят люди, структура и конкретная программа. При нынешней плотности конкуренции за второе-четвертое места именно это может оказаться решающим.

Кейс. Как дистанционное электронное голосование становится частью обычной избирательной инфраструктуры. На примере Москвы.

До голосования остаётся чуть больше недели. На этом этапе кампании вопрос уже не только в том, кого из избирателей удалось убедить, но и в том, насколько просто человеку реализовать сформированное решение. Для Москвы ДЭГ постепенно перестал быть чем-то необычным: для значительной части горожан это просто один из способов проголосовать. Интересен здесь не сам факт применения технологии, а путь, который она прошла — от эксперимента до рутинной части инфраструктуры. 

Что даёт московский опыт: 

1. Понимание, с чем на самом деле конкурируют выборы в мегаполисе. У москвича участие в голосовании конкурирует не с политическим безразличием, а с работой, семьёй, поездками и десятками других планов. Человек может твёрдо знать, за кого хочет голосовать, но участие всё равно требует отдельного действия и отдельного времени в его расписании. 

2. Разделение мотивации и возможности. ДЭГ сокращает дистанцию между решением и действием. При этом он не формирует политическое предпочтение и не объясняет человеку, за кого голосовать. Он уменьшает «стоимость» уже принятого решения об участии. 

3. Накопленный управленческий опыт, а не разовое внедрение. За несколько электоральных циклов в Москве сложились масштаб использования, отработанные процедуры и понятный пользовательский сценарий. Именно поэтому электронное голосование здесь постепенно перестаёт восприниматься как новация: горожанин не изучает технологию, а просто ей пользуется. 

4. Модель, применимая к другим крупным городам. Чем сложнее ритм жизни, тем важнее возможность встроить голосование в обычный день человека, а не заставлять его перестраивать день под выборы. 

Есть у этого и политическое следствие. Чем проще участие, тем меньше смысла партиям рассчитывать на то, что чужой потенциальный избиратель просто не дойдёт до участка. Снижение организационных барьеров работает не на явку саму по себе, а на повышение роли содержательной конкуренции: предложения, кандидатов и способности убедить человека.

Как превратить презентацию в стройку, а стройку — в готовую инфраструктуру

Одной из тем, громко прозвучавших на прошедшем Восточном форуме, стали мастер-планы — с подачи президента страны. Поручение было конкретным: ускорить реализацию, применить облигационные займы ДОМ.РФ.

Так что вопрос «делать или нет» уже не стоит. Стоит другой: как ускорить? Ведь у любого финансового механизма есть одна простая особенность — ему нужны деньги.

Поэтому следующий сюжет будет значительно менее телевизионным. Нужно обеспечить субсидию Минфина и начать финансировать конкретные объекты. Они уже одобрены в профильных министерствах, а регионы только и ждут отмашки начать.

Быть или не быть мастер-планам и новым объектам на Дальнем Востоке, пока звучит так: быть или не быть субсидии.

А ещё вчера в Иркутске мы сделали первый шаг к выстраиванию системы признания труда современных тружеников тыла.

В городе прошла конференция, посвящённая публичному признанию современных тружеников тыла СВО. Для нашего Комитета по социальной архитектуре РАСО это стало полноценной реализацией нашей методологии на практике.

Проект #КиберЛюди, автором которого является депутат Госдумы Мария Василькова, при поддержке проекта Романа Буркало ТЫЛОВИКИ РФ соединил две важнейшие задачи: возвращение общественного признания людям, чей ежедневный труд обеспечивает фронт, и реальную профориентацию школьников. Работники 13 ключевых предприятий лично пришли в школы, а затем стали главными героями и спикерами самой конференции.

Рад, что наш подход не остался незамеченным. О проекте написали коллеги из RT
и верно подметили, что конференция является частью большого социально-архитектурного каркаса, а не разовым событием.

Иркутский пилот уникален именно своим комплексным характером: он не просто чествует людей труда, но ещё и показывает школьникам конкретный пример того, как рабочая или инженерная профессия сегодня становится реальным вкладом в общее дело страны.

Реализация такого масштабного пилота стала возможной благодаря усилиям и личной вовлечённости его участников.

▪ Мария Василькова предложила соединить признание тружеников тыла с профориентацией школьников, что превратило акцию из точечного события в системное решение с двойным эффектом.

▪️Без поддержки губернатора Игоря Кобзева и правительства региона масштабирование от школьных встреч до конференции с участием 13 предприятий было бы невозможным.

▪️Отдельная благодарность за помощь и организационную поддержку Закобранию Приангарья и Мэрии Иркутска, региональным министерствам молодежной политики и образования, а также областному отделению партии «Единая Россия».

▪️Роман Буркало и команда ТЫЛОВИКИ РФ своим творчеством о тружениках тыла Великой Отечественной войны вдохновили нас на проект и концептуально поддержали нашу инициативу.

▪️Наша команда, в св разработала социо-архитектурное наполнение проекта, сделала его комплексным и многосторонним, замерила эффекты, обеспечила публичное сопровождение и разрабатывает план по масштабированию на другие регионы.

▪️Сами современные труженики тыла — главные герои и соавторы проекта. Их готовность открыто рассказывать о своей работе, приходить в школы и выходить на сцену конференции превратила идею в работающую модель общественного признания.

Иркутская область при этом только пилотный регион — инициативу планируется тиражировать дальше по стране. Именно по такому принципу работает социальная архитектура: сначала определяется конкретный запрос, а затем вырабатывается системное решение, которое меняет среду и остаётся с людьми надолго.