иерей Давид - чрезвычайно [НЕ]важно

архивное:

В трапезной давали сазана. Я обычно прогуливаю обед, но тут после службы требовалось задержаться на отпевание и в период простоя решил быстро перекусить.

Сазан, кто не знает, это такая речная рыба из семейства карповых, большая, жирная и весьма вкусная. Мне выделили положенную порцию, я уселся радом с отцом диаконом и, помолившись, приступил к трапезе.

Рыба была действительно хороша, я даже решился на комплемент — выдал нашей поварихе, проходящей мимо, фразу:

— У-у-у… как курица!

В ответ она что-то буркнула и ушла в кухню.

— Чего она сказала? — спросил я, обращаясь к рядом сидевшему диакону.

— Говорит просто поправилась — ответил он, доедая свою порцию.

— Кто поправилась — рыба?

— Так и обидеть человека не мудрено, видимо, она подумала про себя.

— Да я, наоборот, похвалить хотел…

Вскочив со своего места, я оправился разыскивать невольно-обиженную, но не обнаружив ее на кухне и ближайших помещениях вернулся обратно к диакону и своему сазану.

Дальнейший наш разговор продолжался в русле невнимательности к ближнему и как легко мы обижаем людей. Мне от беседы уже и кусок в горло не лез, но тут вернулась повариха, освободившись от своих дел и принесла мне и диакону чай.

Святая женщина! — подумал я — ее обижают, а она чай...

— Матушка — заговорил я нежным голосом, пока та снова не скрылась в недрах кухни — Я про рыбу говорил, что она очень вкусная и похожа на курицу.

— Ну … — в недоумении отозвалась собеседница — похожа на курицу, потому как пропарилась хорошо — в прошлый раз вы батюшка как розовое мясо увидели, так есть не стали, вот сегодня я и сказала, что пропарила хорошенько!

— А-а-а … она сказала не поправилась, а пропарилась — как ни в чем не бывало ответил диакон и, взяв свою чашку, приступил к чаепитию.

Я задумался. В моей тарелке медленно остывал сазан…

Повариха опять что-то буркнула невнятное и скрылась, однако у диакона я переспрашивать больше ничего не решился, потому как отчетливо понял, что сазана надо есть молча.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

Сегодня перед пением многолетия оказалось, что у нас в приходе есть и Надежды, и Вера, и София, а вот Любовь так и не обнаружилась.

В качестве выхода из сложной ситуации я предложил, как вариант, кого-то постричь в монахини с именем Любовь. К примеру, одну из Надежд: у нас их две, а Любови вообще ни одной. Однако мое предложение, хоть и воодушевило общество, но отклика не нашло.

Ситуацию спас, как обычно, наш незаменимый староста Павел Петрович: он решительно объявил, что сегодня как раз намеревался идти стричься и даже согласен, чтобы его после этого называли Лобовием — золотой человек, не зря мы его так часто целуем и обнимаем, если нам недостаёт именинников.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

Как-то я был приглашен на причастие в больницу. В палате лежали две женщины, одна совсем молодая, а другая чуть старше средних лет, но гнетущая атмосфера, в компании которой они находились, добавляла им лет по 30 сверху.

Казалось, из комнаты специальной неведомой установкой вытянули всю радость. Это был онкодиспансер, поэтому о диагнозах интересоваться не приходилось, однако болезнь только коснулась этих людей и физически они не были умирающими, но вот моральный настрой говорил об обратном.

Пришел я к младшей из двух, по имени Надежда, но оказалось, что и ее соседка Любовь тоже не против причаститься.

В палате не было икон, в принципе это обычное дело, я для таких случаев ношу маленькие иконочки с собой, но в этот раз запас их иссяк и мне пришлось на тумбочке расположить требное Евангелие и крест для удобства молитвы.

Уже после исповеди и причастия им заметно стало легче. Они попросили прийти меня еще раз как будет такая возможность.

— Надежда, Любовь — сказал я, выходя из палаты — вам сюда в компанию не хватает только веры, будет вера и будет все хорошо.

Надежда, кажется, не поняла, о чем я говорю, а Любовь отреагировала правильно:

— Мы постараемся — сказала она.

И на следующий мой визит палата заметно преобразилась, гнетущая обстановка съехала, а на тумбочке появились две иконочки одна Пресвятой Богородицы, а другая святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии.

Мне вспомнилась эта простая история не просто так. В день памяти мучениц удивляешься всякий раз невероятной их стойкости, а вся разгадка в их именах. Вера в Бога, надежда на Его милость и любовь к Нему, дают человеку возможность осознавать суть этого мира уникальной Божественной мудростью, и тогда беды, болезни и напасти воспринимаются совершенно иначе в ключе Жизни Будущего Века.


С праздником!

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

4276050036499840

2200700147131238

⬆️ Начало выше.

— Из числа диаконов значит…
Он, не торопясь, поднял архиерейский головной убор и, смотря на свое отражение в зеркале, уже собирался его водрузить на голову, как тут неожиданно его семейная реликвия слетела со стены и одним краем рамы бухнулась о шкаф, а другим приземлилась на голову несостоявшегося папского архидьякона.

Когда звездочки в глазах иссякли, отец Константин аккуратно положил митру на место, потом поднял дорогой портрет родственника и поставил на подоконник. За окном виднелась грустная фигура отца Анастасия, который понурив голову сидел на лавочке.

— Батюшка, вернитесь в кабинет, будьте так любезны — в открытую форточку прокричал управделами.

Он принял старого священника несмотря на нерабочее время. В принесенных бумагах было не все в порядке: заполнены поспешно, невнимательно и с ошибками.

В очередной раз наткнувшись на неверно заполненный бланк, иеродьякон хотел было уже вспылить, но потом, оглянувшись на портрет Николая Александровича, почесав макушку сдержался.

— Не переживайте, отец Анастасий, я все за вас сам переделаю, ступайте с миром, вам еще домой добираться.

Радостный священник неспешно встал, поклонился и пытаясь сказать какую-то приятность, напоследок, решил похвалить портрет:

— А все же хорошо вы получились на этой картине.

У иеродьякона от этих слов сильно заболела голова, он зажмурился и после паузы, согласно опуская голову, ответил:

— Да… получил хорошо… ступайте, дорогой батюшка, рад был вас видеть.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

Из раннего...
Портрет (рассказ)

Небольшой кабинет епархиального управделами иеродиакона Константина отличался чистотой и порядком. Ближе к окну стоял старый коричневый стул производства ГДР, напротив его такой же массивный письменный стол со вставкой из зеленого сукна и тяжелыми выдвижными ящиками под ключ.

На столе лежали аккуратно сложенные бумаги и архиерейская митра, которую владыка благословил отдать на растяжку — подкладка ее от времени сели и стала жать голову.

В комнате еще располагался шкаф, ростовое зеркало, картотечная тумба для папок и маленький диванчик, на котором сидел что-то читая иеродиакон.

На стенах как положено в самом центре висел портрет святейшего патриарха, рядом – правящего архиерея и чуть поодаль в массивной гипсовой раме висела картина с изображенным на ней мужчиной в темно зеленом мундире времен русско-турецкой войны, подозрительно похожего на иеродиакона. Отец Константин всем говорил, что это его прямой родственник, Николай Александрович, а картина ничто иное как семейная реликвия.

Сидя на диване, управделами посмотрел на часы, потом закрыл книгу, встал и проговорил себе под нос:

— Ну что, четверть шестого… пора и честь знать.

Рабочий день отца Константина закончился пятнадцать минут назад. Он очень не любил задерживаться на работе несмотря на то, что жил на территории епархиального управления. В архиерейском доме на втором этаже ему была выделена небольшая, но уютная комната, со всеми прилегающими удобствами. Кроме него в этом крыле здания больше никто не жил.

Собираясь уходить из кабинета и, проводя ревизию взглядом, иеродиакон заметил, что картина его родственника покосилась и великий полководец склонился в сторону святителей, нарушая размеренность и порядок бытия.

Подвязав на поясе подрясник и сняв туфли, отец Константин забрался на стул с целью поправить случившееся безобразие, и в этот момент в дверь постучали.

— Да, кто там? – нервно окликнул он

— Молитвами святых отец… — послышалось из-за двери

Иеродиакон поспешно слез со стула, поправился, обулся и с недовольным лицом открыл дверь. За дверью стоял растрепанный и усталый отец Анастасий.

— Здравствуй, дорогой отец Константин — торопливо заговорил священник — Мне надо было бумаги к тебе завезти, да мы по дороге с села сломались, помпа потекла, вот только выбрались. Володя, помощник мой, поехал тосол купить, а я сразу к тебе.

— Отец Анастасий, здравствуйте — холодный голосом проговорил хозяин кабинета — вы ведь грамотный человек, несмотря что сельский. У меня благословение правящего работать до пяти часов вечера и не более, сегодня я принять вас уже не могу и даже не пытайтесь просить.

— Эвакак… — раздосадовано выдал батюшка, а потом добавил — а ты значит раз меня грамотным ругаешь в академию уже поступил?

— Нет, еще не поступил, думаю пока.

— Я вот недавно читал — отец Анастасий сделал паузу, вспоминая название книги, потом сдался и продолжил — в Риме, в шестом веке, пап выбирали из числа архидиаконов, ты подумай и не затягивай с академией, а то мало как, пригодится неожиданно.

— Очень ценю ваш юмор, дорогой батюшка, но помочь увы сегодня я вам не смогу, всего доброго.

После этих слов отец Константин поклонился, закрыл перед стариком двери и запер на ключ.

— Эх... ничего не поделаешь, завтра так завтра — отец Анастасий неспеша спустился по лестнице и сел перед воротами епархиального управления на лавочку дожидаться своего помощника из магазина.

В это время в закрытом кабинете иеродиакон продолжил негодовать:

— Нет, ну взрослые же все люди — говорил он, нервно вышагивая по комнате — сколько раз можно было просить, чтоб в нерабочее время не приходили… Сломался он, а если я сломаюсь… я один на всю епархию, а они ходят когда захотят — взгляд иеродиакона упал на архиерейскую митру и, вспомнив слова отца Анастасия, на лице появилась загадочная улыбка.

Продолжение ниже ⬇️

«Что же понуждает писателя к его подчас мучительному, но прекрасному труду?

Прежде всего — зов собственного сердца».
(К. Паустовский — «Золотая роза»)

Есть люди, которые чрезвычайно чутко относятся к Божественному зову сердца. К примеру, отец Александр Авдюгин — он священник, писатель и исключительной доброты человек, обнимающий и обогревающий всех и вся теплотой своего удивительного сердца!

С Днём рождения, дорогой батюшка, многая Вам и благая лета!

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

⬆️ Начало выше.

Работу начали с раннего утра, основную часть тонких веток батюшка в паре со своим одноногим товарищем спилили простыми ножовками, а дальше работа пошла менее плодотворно. Огромный ствол бурого дерева, словно шея мифического дракона, практически не поддавалась зубцам двуручной пилы. Причем напарник отца Анастасия не мог долго и непрерывно пилить, затекала нога и он то и дело как белое знамя поднимал свою загипсованную ногу на спинку приспособленного стула, вынужденно делая перерыв.

Постепенно церковный двор наполнялся прихожанками, переживающими за батюшку и особенно за Николая Осиповича. Отец Анастасий постоянно что-то пилил, крутил и строил во дворе храма к этому уже все давно привыкли, но староста с поломанной ногой не мог оставить никого равнодушным. Стойкие работники наотрез отказывались уходить даже на обед, они дорожили каждой минутой.

В итоге бабушки сдались, вынесли из трапезной стол и разложили угощения прямо возле новоявленной церковной лесопилки. На столе появились пироги, большой самовар, варенье, мед и множество печеных сладостей. На такое изобилие сбежались дети, а за ними и прочие сельские жители. Электричество все еще не восстановили и сидеть в темном доме было совершенно не интересно, а тут целое мероприятие под окнами.

Пока Николай Осипович с отцом Анастасием пилили двуручной пилой, часть активных старушек, разобрав ножовки, грызли упавший ствол по краям, а кто-то даже орудовал топором, на фоне всего происходящего местный фольклорный ансамбль стал петь любимые народные песни и водить хороводы.

Марья Николавна, активная прихожанка, организовала полевую кухню, на столах появлялись горячие блюда, компот и разнообразные соленья. Праздник по случаю упавшего дерева продолжился и на второй день, желающих спеть и попилить становилось все больше. Постепенно отца Анастасия с напарником отстранили от работы, им попросту не хватило места, люди шли со своими пилами, топорами и ножовками, каждый вновь пришедший по непонятно откуда взявшейся традиции должен был обязательно попилить перед тем, как приступать к угощениям.

Дерево таяло на глазах, ко времени Всенощного бдения от огромного ствола осталось всего лишь несколько распилов, сбитые ворота восстановили на прежнее место, дорожки подмели и даже вымыли. В день Престольного Праздника все желающие не поместились в храм, столько людей еще ни разу не было на службе, прихожане молились на улице, радуясь празднику Пресвятой Богородицы и хваля Бога. После крестного хода, которому больше ничего не мешало, все уселись за столы и дружно приступили к трапезе.

За праздничным обедом отец Анастасий тихонько, чтоб никто не слышал, обратился к сияющему от радости Николаю Осиповичу:

— Вот теперь самое время делать выводы — Пресвятая Богородица утешает радостью, а не горем, дорогой друг.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

Упавшее дерево (рассказ)

Жаркий летний день неожиданно сменился внезапной непогодой. Тяжелые тучи заволокли небо, стемнело, и сильный порывистый ветер завыл в водосточных трубах. Ко времени вечерний службы уже во всю лил дождь, непогода набирала обороты, будто бы катилась под гору. Ливень барабанил по стеклам, на улице творилось что-то жуткое и несуразное. После очередного раската молнии погас свет, а к концу утрени старое дерево затрещало и упало на территорию храма, сбив ворота с петель и перекрыв проход от ограды до глухой церковной стены левого предела.

После службы и утихшей бури отец Анастасий в компании Николая Осиповича, старосты прихода, скорбно осмотрел повреждения. Батюшка стоял и держал зонтик для двоих. Слабый дождь все еще моросил по широким лужам, оставшимся после ливня. Николай Осипович стоял, опершись на костыли, левая нога у него была в гипсе.

— Еще недели не прошло как я «с гнезда выпал», а теперь лежит моя подруга сама на той же мостовой — улыбаясь отметил староста.

Недавно Николаю Осиповичу пришлось снимать именно с этого дерева безродного кота. Животное сидело в метрах восьми на ветке и громко орало на всю округу, собственно этот вопль о помощи и заставил солидного человека идти за лестницей и организовывать спасательную операцию. В итоге кот был благополучно снят, а староста, зацепившись штаниной за ветку с грохотом приземлился вместе с лестницей на мощённую камнем дорожку, благополучно сломав при этом левую ногу. Теперь всем, кто видел его в гипсе, он отвечал, что при трагических обстоятельствах выпал ненароком из гнезда.

— Надо бы нам вашу подругу во что бы то ни стало убрать — ответил батюшка — через три дня крестный ход, а тут не то что ходить, тут смотреть страшно.

Пятого августа праздник иконы Божией Матери, именуемой "Всех скорбящих Радость", а для Всехскорбященской церкви этот праздник не иначе как Престольный — в этот день после службы положено совершать крестный ход вокруг храма, а потом, по традиции, все прихожане собираются за общим столом как раз на том месте, где сейчас расположилось дерево.

— Чтоб такое дерево убрать, необходимо спецтехнику вызывать, тут своими силами никак — грустно подытожил Николай Осипович.

— Давайте разделимся — предложил отец Анастасий — вы как менее мобильный человек — он кивнул головой в сторону гипса — обзвоните организации, которые смогут нам помочь убрать баррикады, а я обойду знакомых работяг по селу.

Через часа полтора в темной трапезной напарники снова встретились — новости были неутешительными. Все организации в авральном режиме кинулись ликвидировать последствия шторма. Если бы не сломанная нога старосты, его бы тоже забрали помогать восстанавливать линию электропередач, в итоге нет ни людей свободных, ни техники, ближайшее время на которое можно было бы рассчитывать в лучшем случае через три недели. Единственное, что получилось раздобыть отцу Анастасию — это две ножовки и одну ржавую тупую двуручную пилу.

— Это моя вина, батюшка — каялся Николай Осипович — После того как ногу сломал, я сильно расстроился, дел полно, а делать ничего не могу, в итоге просил у Богородицы утешения... вот оно и утешение мое, всем на горе.

— Не стоит делать скоропалительных выводов, дорогой друг — спокойной ответил отец Анастасий — как бы там ни было, завал убирать надо в любом случае.

— Даже если у нас с вами получится распилить плотный огромный ствол, мы все равно вдвоем его не сможем убрать, дело бесполезное — вдохнув добавил староста.

— Сделаем все, что сможем — ответил священник — сдаться всегда успеем, но для праздника надо постараться.

Продолжение ниже ⬇️

Каждый раз после особо значимых служб одни и те же мысли — как же быстро всё закончилось. Вот и сегодняшний наш Престольный праздник пролетел на одном дыхании. А ведь мы и воду освящали, и литургию служили, и крестным ходом ходили, и многая лета пели, и стихи читали, и хор выступал, и уху на костре… и ели, ели, ели потом… — как такое можно в один миг уложить? Однако уже вечер, и мы явно справились.

И да, за всех помолился, за каждое имя из комментариев на проскомидии частичку вынул.

С Праздником!

Этим летом милостью Божией и общими трудами мы установили заалтарную икону Рождества Пресвятой Богородицы. Сам образ нам пожертвовали две замечательные прихожанки из соседнего села. Они приехали, измерили всё и заказали в специальной мастерской баннерную печать по особой технологии уличной рекламы, устойчивой к яркому астраханскому солнцу. Икона получилась размером два на полтора метра, даже чуть больше. Установили мы её уже своими местными приходскими силами, и сейчас у нас храмик снаружи стал ещё симпатичнее, и сразу издалека понятно, что это именно церковь Рождества Пресвятой Богородицы.

Какое-то святое место получилось за алтарём — подумалось мне после завершения всех работ. Теперь можно проводить крестные ходы, делая положенную остановку и молиться не перед пустой алтарной стеной, а возле нашей храмовой иконы.

Недавно сподобился побывать на Смоленском кладбище в Петербурге, и там есть храм со своей особой стеной. Несмотря на то, что на ней нет никаких икон, место всё же безусловно святое и даже страшное.

Воскресенская церковь была построена в 1903 году. В советское время, как полагается, храм был закрыт и сильно пострадал, чудом избежав полного разбора на кирпичи. Историю этого прихода рассказывать не буду, скажу только, что сейчас храм восстановлен и сияет былой красотой. Однако одна из стен выглядит очень странно. Она будто утыкана какими-то огромными иглами или, скорее даже, копьями. На небольшом отрезке живого места нет: повреждён и мраморный цоколь, пострадала и кирпичная кладка выше.

В двадцатые годы прошлого века в этом месте приводили в действие расстрельные приговоры. Ведь очень удобно убивать на кладбище, можно не утруждаться потом долгим перевозом тел, а сразу в нескольких метрах закапывать всех в общую яму.

У этой стены погибали разные люди, в том числе и мученики за веру, священники и церковный клир. Данную часть храма намеренно решили не реставрировать и оставить в виде особого памятника — расстрельной стены Смоленского кладбища. Страшное и безусловно святое место, где разные люди смотрели в глаза смерти, в том числе и те, кто побеждал её и переходил в Горний Иерусалим с твёрдой непоколебимой верой в Воскресшего Спасителя нашего!

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

Этой весной ещё до паводка героически отбился от травы, что за задним двором на берегу реки колосится. Там проживает южный тростник и вырастает непроходимой стеной метра на три в вышину. После покосов дал себе слово, что не буду больше это дело запускать, чтоб не было настолько всё трудно и мучительно. Триммер у меня маленький, электрический, процесс мало того, что не быстрый, потом ещё ходишь по Достоевскому, истинно «тварью дрожащей» себя ощущаешь. В самом прямом смысле этого определения — руки, ноги и спина теряют способность самостабилизироваться и местами дрожат.

После половодья все мои труды потонули. Воды было в этом году много, стояла она долго, но растительность особо сильно не выделялась — побаивалась. Я периодически приходил с инспекцией и удалялся обратно в дом с удовольствием. Но вот река похудела, берега вернулись в свои пределы, тростник немного расцвёл, однако трудов много не требовал — не более получаса внимания.

Грешным делом я и забыл про всё это буйство красок и зелени, а этого явно делать было нельзя. К моему следующему визиту тростник уже подался в высь в три человеческих роста. Толстые мясистые стебли в палец толщиной густо увила какая-то диковинная кудрявая колючка, твёрдая как стальная проволока.

Мне даже заходить в этот лес поначалу было страшно, хотелось себя за ногу привязать к калитке, чтоб, если заплутаю, обратно дорогу найти, но ничего, с Божией помощью справился, правда, потом день лежал нешелохался. Через сутки родных стал узнавать, а как совсем силы вернулись, стал каждый день приходить и за покосами своими наблюдать, чтоб трава понимала, что тут шутки не шутят и ножи острые, железные, на триммер наточенные лежат.

Однако тут уехал в Северную столицу, и целую неделю за моим тростником никто и не приглядывал. Сегодня днём, как освободился, побежал стремглав на берег — и что вы думаете? — Ничего… ничего не выросло. То ли я так активно прошлые дни на траву сурово смотрел, что впрок на неделю насмотрелся, то ли трава попросту про меня элементарно забыла — если второе, то обидно: я вот про неё даже в Питере помнил.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX

За всех помолился, все имена «о здравии» у блаженной Ксении помянул. Те, кто присылал имена «об упокоении», — прошу, будьте в следующий раз внимательнее: сегодня были имена только «о здравии» — читали акафист.

Планировал своим ходом добраться до Смоленского кладбища и там где-то в сторонке аккуратненько помолиться, но отец Иоанн Никитин с матушкой Еленой поймали меня и с большим комфортом отвезли на место. Мы прибыли аккурат к началу молебна, и по ходатайству батюшки я сподобился сослужить молебен в часовне блаженной Ксении, на котором и были прочитаны оставленные вами имена и даже петь акафист для всего честного народа.

Величайшее чудо Божие. Батюшка Иоанн и матушка Елена, сердечно вас благодарю за такую заботу! В прогулках по Питеру я так изрядно сбил ноги, что еле хожу, а вас не иначе как Сам Господь послал.

чрзв[НЕ]важно в VK | TG | MAX