Санскриториум - санскрит онлайн

ТОЛЬКО ПОЛЕЗНОЕ
Вернёмся к животрепещущему вопросу питания йогина. Стоит сказать, что упоминаемые в строфе "Хатха-прадипики" составляющие тела (dhātu-) – это классический список из семи компонентов: лимфа, кровь, мясо, жир, кости, костный мозг и семя (aṣṭāṅgasaṅgrahaḥ 1.1.31).

В строфе описывается такая благостная картина, но, как обычно, всё решают детали! Комментатор Брахмананда уточняет, что сытная пища – это, например, рисовая каша (а вовсе не чипсы). Весьма сладкая – это значит с сахаром. Масленая – с топлёным маслом. Коровья – это значит с молоком, маслом. А для тех, у кого нет коровы, но по счастливому стечению обстоятельств есть буйволица, можно и буйволиные продукты. Примеры продуктов, поддерживающих дхату: laḍḍuka-apūpa- – это типичные сладости и пропитанные сиропом жареные лепёшки (кажется, мы поторопились вычёркивать чипсы…). Чтобы развеять сомнения, комментатор приводит выдуманный диалог, призванный всё расставить по местам:

– Что, даже желанное умом неположенное должно поедаться?
– Нет! На этот счёт [Сватмарама] говорит: полезное (только).

И для тех, кто всё ещё продолжает надеяться на тортик, вошедший в список исключений, он добавляет: “не осуществлять поддержание жизни за счёт жареной еды из ячменной муки и т. п.” И внутри этого "и т. п." как раз и прячутся горы вредных продуктов.
Всё. Пора. Пора начинать здоровую йогическую жизнь!

Письма и документы в странах Юго-Восточной Азии надо было процарапывать на пальмовых листьях, а потом затирать сажей эти царапины, чтобы проявить текст, поэтому корень √likh "царапать", удачно спрятавшийся в слове lekha-, постепенно приобрёл значение "писáть".
Интересно и слово prakarṣa-. Приставка здесь даёт значение превосходства, а корень √kṛṣ означает "тянуть, тащить", так что как в русском языке, так и в санскрите, это слово связано с движением, пусть эти движения и немного разной природы.
Копаться в морфологии названий животных дело неблагодарное, и каких-то общих закономерностей из этого редко когда извлечёшь, поэтому козла и верблюда обойдём стороной.
Давайте посмотрим на слово sārtha- — отчего оно такое и как получилось его значение?

28. ОДНОСЛОЖНЫЕ СЛОВА: la.

ПУТЬ К БЕССМЕРТИЮ
Знаменитая строфа “Дхаммапады” (2.1) на языке пали, близком к санскриту, содержит в себе яркий образ, построенный на антонимии, что делает её запоминающейся и, как следствие, знаменитой. Построена она на противопоставлении беспечности и небеспечности, смерти и бессмертия. Небеспечные – это, буквально, неопьянённые, а значит внимательные, бдительные, трезвые. Беспечные же – невнимательные, небрежные, буквально – опьянённые. Опьянённые чем? Мирскими пороками. А внимательные к чему? К достижению благих качеств, состоянию своей речи, ума и поведения, трезвости ума в совокупности с добродетелью и мудростью.

Для тех, кто знаком с санскритом, смысл начинает проглядывать уже после прочтения палийского текста. Однако интересно посмотреть на эту строфу и на санскрите. В “Уданаварге” 4.1 автор текста усиливает контраст и не оставляет надежды беспечным, добавляя вместо сравнения (yathā) слово “всегда” (sadā). Интонация меняется!

Также автор текста добавляет частицу hi. Она неожиданно ломает метрическую структуру строфы, ведь из-за неё появляется лишний слог. Для чего же она нужна? Для ясности, поскольку по законам сандхи без неё четверть стиха будет выглядеть так: apramādo ’mṛtapadaṁ. Учитывая, что знак аваграхи в манускриптах часто не писали, это можно бы было понять, так: “Небеспечность – путь к смерти”, поэтому метрика принесена в жертву ради смысла.

Кроме того, стоит обратить внимание на звукопись: pa-pra-da-ma-mṛ-mr- в разных сочетаниях придают строфе особую красоту, которая, согласно мнению С. С. Аверинцева (1987), сочетается с необыкновенной серьёзностью содержания.

ПОЙМАТЬ ДВУХ ЗАЙЦЕВ
Мы привыкли, что если погнаться за двумя зайцами, то ни одного не поймаешь. То ли дело санскритяне! Если нужно сделать два дела, то они ни за чем не гонятся, а просто начинают с простого, а уже за ним выполняют что-то сложное. К примеру, если кузнеца попросить сковать иглу и котелок, то легче ему будет справиться с иглой, поэтому сначала он возьмётся за неё, а потом уже за котелок (к нему ещё и две ручки надо приваривать!). Этот пример и растолковывает ньяю об иголке и котелке – sūcī-kaṭāha-nyāya. И, кстати, эта ньяя одновременно иллюстрирует принцип расстановки приоритетов – ведь речь идёт об эффективном распределении сил.

А теперь внимательно следите за руками:
В древнем словаре “Нигханту” (7-6 вв. до н. э.) даются тематические списки слов, содержащихся в Веде. В частности, во второй главе в 19-м списке перечисляются слова, связанные с действием “ударить/убить”. Среди них упоминается taḍit и сразу вслед за ним ākhaṇḍala.
В трактате “Нирукта” (≈5 в. до н. э.) Яска комментирует “Нигханту”, но сначала он приводит цитату из Ригведы 8.17.12, содержащую эпитет Индры ākhaṇḍala, логично предполагая, что это слово образовано от корня √khaṇḍ “ломать”. И только после этого Яска пускается в довольно долгое обсуждение слова taḍit “удар, молния”.
Редактор издания “Нирукты” 1930 г. Мукунд Джа Бакши составил к труду Яски комментарий на санскрите. Он замечает, что в “Нирукте” слова прокомментированы в обратном порядке по сравнению с “Нигханту”, и объясняет это так:
ākhaṇḍala-śabde alpataram vaktavyam bahutaram taḍit-śabde iti kramabhedataḥ nirucyate tathā ca sūcīkaṭāhanyāyena purastāt ākhaṇḍala-pada-nirvacanam
“В отношении слова ākhaṇḍala может быть сказано меньше, в отношении слова taḍit — больше, поэтому объясняется в нарушенном порядке. И таким образом, по принципу иглы и котелка сначала [даётся] объяснение слова”.

А ведь частенько бывает, что если выбирать из двух зол (то есть дел), то начать хочется с чего-то попроще. Теперь вы можете это делать со спокойной душой. Вслед за санскритским кузнецом.

О БЛАГОДАРНОСТИ
Похоже, это шлока, по поводу которой даже не нужно ничего говорить. Просто прочитайте её.

cira- — это долго. Значит a-cira- — недолго. А формы этого слова в разных падежах (здесь в отложительном) употребляются как наречие со значением, указанным на карточке.
dvaidhībhāva- — интересное составное слово, на конце которого мы видим производное от корня √bhū: bhāva — это примерно "бытие, пребывание". Хорошо угадывается dvi- "два". Очевидно, в нём гласный вриддхируется — получается dvai-. А вот что это за dhī посередине? Сначала там был суффикс dha-, из-за которого и произошло вриддхирование. Получилось прилагательное dvaidha- "двоякий". А чтобы прилагательное в качестве своеобразной приставки сложить с корнем √bhū нужно заменить его конечный гласный на ī. Этот суффикс, а вслед за ним и такие сложные глаголы, называют словом cvi — легко запомнить, как будто воробей чирикнул.
Слово vibhāga- восходит к корню √bhaj "делить". К слову, bhāga- без приставки будет означать фактически то же самое.
Мы у вас спрашиваем обычно что-нибудь заковыристое, но сегодня спросим простое: как образовалось слово gupti-?

ЧАРУЮЩИЙ ЧАНДАНАМ
Сандал в словаре Монье-Вильямса указан под устаревшим латинским названием Sirium myrtifolium. Его правильное современное ботаническое название – это Santalum album, а народное индийское название – “чандан” (на хинди). Санскритское слово мужского или среднего рода для обозначения сандала – candana-, однокоренное с именем луны – candra-. Яска в “Нирукте” возводит оба эти слова к корню √cand “быть приятным”. В “Бхава-пракаше” сандал называют paṭīra-, а в кавье (поэзии) и в других текстах – śrīkhaṇḍa-.

Любопытно, что это растение, которое сейчас прочно ассоциируют с Индией, завезли в Южную Индию к 1300 г. до н. э. австронезийские мореплаватели, когда торговали пряностями, маниокой и кокосами.
Сандал активно выращивают в Юго-Восточной Азии: в Индии (лучшим считается сандал из Майсура, и там же расположены крупные плантации), на Шри-Ланке, в Индонезии, Малайзии, Филиппинах и на севере Австралии. Именно австралийское масло сейчас доминирует на рынке натуральных масел, однако знатоки говорят, что оно уступает по букету ароматов индийскому, да и содержание эфирного масла в австралийских и индийских растениях разное: в индийском сандале его в три раза больше, чем в австралийском. Вот, как знатоки описывают аромат сандала: тёплый, обволакивающий, сливочный.

К сожалению, из-за того, что дикие растения в Индии находятся под угрозой исчезновения, а плантации взяты под контроль государством совсем недавно (и деревья достигнут спелости только к 2040 году), в большинстве случаев с этикетками “100% сандаловое масло” продают базовые масла с отдушками, полученными путём химического синтеза. Браконьерское истребление сандала, к сожалению, тоже не прекращается, хотя экспорт древесины запрещён.

Надо сказать, что само растение довольно тщедушное. Нам часто кажется, что если уж речь идёт о тропиках, то и растение непременно будет мощным и гигантским. Но сандал по габаритам и размерам приблизительно напомнит крупную рябину – высота его 9-12 метров. Он редко живёт до 100 лет (в этом он похож на берёзу), а урожай можно собирать далеко не сразу: аромат начинает появляться в возрасте 10 лет, а выкорчёвывают деревья (не рубят, а именно корчуют, чтобы не потерять ни грамма ценной древесины!) чаще всего в возрасте 30 лет. Ароматна у сандала сердцевина, а жёлто-коричневая древесина обладает маслянистой текстурой и хороша для резьбы. Заболонь (то есть наружная часть древесины) ничем не пахнет.

В Индии сандал используют для изготовления благовоний, в обрядах, во время разнообразных церемоний совершают подношения порошка из сандалового дерева. Кусочки сандалового дерева используют для добавления в погребальный костёр (целиком костёр из сандала не складывают из-за его дороговизны). Пасту из сандалового порошка наносят на лоб, ей же проводят на лбу линии как знаки принадлежности к определённым сектам, обмазывают мурти божеств, “охлаждая” их, и вообще считается, что сандаловая паста охлаждает ум, позволяя лучше концентрироваться во время духовной практики.

Нас с вами интересует, конечно, присутствие сандала в текстах. Разумеется, при внимательном чтении мы должны почувствовать его аромат, охлаждающее действие. Но не только! Для того, чтобы назвать какого-то человека выдающимся, используется не только сравнение с тигром, львом, слоном, быком, но и с сандалом.

(ПРО)СВЕТ
Как выразить невыразимое? Пойти путём аналогии. Именно это пытается сделать Кришна, объясняя свою божественную сущность через такой свет, который Арджуна видел глазами.
Что интересного мы видим в этой строфе на уровне языка? Целую россыпь yat для света солнца, луны и огня, и один tat для единого света. Интересное слово candramas-, обозначающее луну (и не забудем, что в санскрите луна – мужского рода). Любопытен каузатив bhāsayate от √bhās “светить, быть ярким, появляться”. Таким образом, каузатив имеет значение “придавать блеск, делать ярким, показывать, проявлять”. gata-, как причастие прошедшего времени, имеет значение “пошедший”, однако на конце сложного слова меняет своё значение на “находящийся, присутствующий”. Редкое притяжательное прилагательное māmaka- “мой” имеет то же значение, что и привычная форма родительного падежа mama.

ПРИБЛИЖЁННЫЙ СЛУГА ТОГО
Мы уже говорили, что сутрой 2.1.22 Панини ввёл широкий класс сложных слов, именуемых татпуруша (tatpuruṣa) — буквально “слуга того” (tasya puruṣaḥ), и рассмотрели в этом классе типы сложных слов кармадхарая, нань-татпуруша и пради-татпуруша. Сегодня рассмотрим ещё один тип татпуруш.
В сутре 2.2.19 Панини сообщает, что в качестве первого члена сложного слова может выступать upapada. При этом вторым членом обычно является глагольный корень, а под upapada понимается какое-нибудь дополнение к действию, выражаемому этим корнем. Сам термин upapada вводится сутрой 3.1.92 и затем уточняется последующими сутрами.
Например, по сутре 3.2.1, если при глаголе имеется прямое дополнение (в винительном падеже), то нужно добавить к корню глагола суффикс “a” и тогда слово, выражающее прямое дополнение, можно сложить с таким нарощенным глагольным корнем и получить упапада-татпурушу (упападой при этом является прямое дополнение). Допустим, в выражении kumbham karoti “делает горшок” прямым дополнением является kumbha- в винительном падеже, а глагол karoti образован от корня √kṛ. Добавляем к этому корню суффикс “a”, который ещё и вызывает вриддхирование в корне — получается kāra. Осталось сложить с основой kumbha-, и получится kumbhakāraḥ “горшко-дел”, то есть “горшечник, гончар”.
А если глагольный корень оканчивается долгим ā, то по сутре 3.2.3 надо добавить другой суффикс “a”, который обнуляет корневое ā. Например, sukhadaḥ “дающий счастье” (от sukha- “счастье” и √dā “давать”) или nṛpaḥ “защищающий людей”, то есть “царь” (от nṛ- “человек” и √pā “защищать”).
Помимо всевозможных суффиксов “a”, производящих те или иные изменения в глагольном корне, имеется и множество других (i, in и пр.), среди которых отметим нулевые суффиксы. Например, vedavid- “знаток Вед”, где к основе veda- “Веда” добавлен корень √vid “знать” без всякого суффикса (а точнее, как раз с нулевым суффиксом) или aśvayuj- “запрягающий лошадей” (от aśva- “конь” и корня √yuj “запрягать”).
В заключение заметим, что упапада не всегда обязана быть прямым дополнением. Например, при глаголе “находиться, стоять” (корень √sthā) речь может идти и о косвенном дополнении — rathasthaḥ “находящийся в колеснице”. Ещё пример — pādapaḥ “пьющий ногами”, то есть “дерево” (от pāda- “нога” и корня √pā “пить”).

ИСКУССТВО САНСКРИТСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ: ШИВА-КАЛЬЯНАСУНДАРА
Эта сцена, которую называют или “Кальянасундара” (kalyāṇasundara), или “Вайвахья” (vaivahya), представляет свадьбу Шивы и Парвати, которая была затеяна по просьбе всех богов, чтобы зачать Сканду, бога войны, ведь только он один был способен победить ужасного демона Тараку. Эта иконография, достаточно распространённая на юге Индии, в Бенгалии встречается реже. На карточке показана одна из нескольких скульптур, найденных в этом регионе. Как предписывают трактаты по иконометрии (śilpaśāstra), бог и богиня имеют разные размеры: голова Парвати не доходит до груди Шивы. Размеры фигур в иконографии традиционно иллюстрируют значимость в конкретной композиции, а не физические размеры.

Шива стоит позади Парвати, в правой руке у него трезубец. Его длинные пряди волос искусно убраны, а над головой высится царский зонт (chattra). На шее, на груди, в ушах и на руках у него свадебные украшения. Драгоценные пояса подчёркивают его талию. Парвати держит символы свадьбы: шкатулку в правой руке, бронзовое зеркало в левой. Она богато украшена: драгоценная царская корона, серьги, жемчужные ожерелья, браслеты на запястьях, плечах и щиколотках, а вокруг талии – несколько жемчужных поясов. На ней надета лёгкая набедренная повязка (дхоти) длиной по щиколотку, на которой видны параллельные складки, показывающие ниспадающую ткань.

По обе стороны от высокого пьедестала, на котором стоят Шива и Парвати, показаны их ездовые животные (vāhana): Нандин, бык Шивы, и лев Парвати. Вокруг этой группы теснится множество фигур, заполняющих всё свободное пространство. Оно поделено на ярусы разной высоты горизонтальными линиями. На верхнем ярусе находится сам Шива в образе верховного божества. Фигуры по обе стороны от него трудноразличимы, однако искусствоведы полагают, что это группа, изображающая Тримурти (Шиву, Вишну и Брахму). Затем идут восемь хранителей сторон света (lokapāla) и девять планет (navagraha). В четвёртом ярусе – восемь божеств (среди которых Брахма и Вишну), двое из которых льют очищающую воду на пару, как то и предписывает свадебный ритуал. Пятый ярус, вероятно, представлен риши (ṛṣi), божественными мудрецами, узнаваемыми по их бородам. В шестом ярусе – шесть Матрик (mātṛkā), в обобщённом виде представляющих собой супруг разных богов. Обычно почитают семь или восемь Матрик, одна из которых – Махешвари (а она и так представлена на этом изображении в центре). Два последних яруса занимают музыканты и помощники. В основании с двух сторон видны два стражника (dvārapāla) и преданные Шиве почитатели. В центре – божества и танцовщики.

В противоположность двум основным фигурам, изображённым с великим тщанием, маленькие фигуры кажутся, скорее, набросками. Неправильные пропорции, схематичные очертания, статичные позы оставляют впечатление незаконченности всей скульптуры. Эта иконография типична для юга Индии, а в Бенгалию была принесена, вероятно, вместе с династией Паласена около XII века.

Приставка anu- означает следование, подчинение, нахождение вблизи. Вместе с корнем √jīv "жить" и суффиксом деятеля -in- получается спектр значений, указанный на карточке.
Занятно, что приставка vi-, добавленная к корню √ceṣṭ, не сильно меняет значение корня: оно остаётся тем же. Ну, разве что, здесь может слышаться отголосок большей интенсивности действия, но на переводе это не отражается.
А как вы думаете, какой корень спрятан в слове niśītha-?

РАЗГОВОРНЫЙ САНСКРИТ
Не знаем, в каких обстоятельствах вы будете употреблять все эти слова, но уверены, что это всё равно углубляет знание санскрита! Хотя бы потому, что законсервированный в 4-5 веке до н. э. санскрит пытаются расконсервировать и применить к сильно изменившемуся окружающему миру с множеством новых предметов, явлений и профессий.
Сегодня посмотрим на спортивные игры. Kandukaḥ – это шар, который используют для игры, поэтому бадминтон – это “шарик с оперением” или “перохвостка”, баскетбол – “корзиносфера” или “авоськошар”, крикет, любимая игра индийских ребят, – “доскоспорт”, футбол, как и следует ожидать, это “ногошар” (у нас ведь тоже в шутку говорят “ногомяч”), хоккей – “палкошар”, а теннис, возможно, создан от корня √lā, который может означать и “принимать”, и “отдавать”, то есть когда мячик скачет то туда, то сюда, но, скорее всего, это просто от английского lawn tennis.

КТО В ЛЕС, КТО В РОЩУ
Сокровищница Амары – “Амаракоша” – это словарь синонимов санскритских слов. Да ещё и в стихах! Посмотрим сегодня на группы слов, обозначающих леса или рощи.
Как всегда, заглянем ещё и в традиционную этимологию (объяснение происхождения слов здесь не всегда достоверно, но, тем не менее, само по себе занятно!). Лес называется aṭavī, потому что там ходят (√aṭ), aranyam, потому что там… ходят (√ṛ), ну и vipinam, потому что там... ходят!!! (vi+√pi). gahanam ещё познавательнее: туда углубляются (√gah) и… бродят. kānanam он потому, что приносит удовольствие (√kan), а vanam – потому что он нравится (√van).
Придомовую рощу называют gṛhārāmaḥ, поскольку там наслаждаются около дома (gṛha- + ā+√ram), а niṣkuṭaḥ называется так потому, что эта роща отходит от дома (nir+kuṭa).

ПОТОМУ ЧТО ГЛАДИОЛУС
Перед вами санскритская загадка.
Сначала мы читаем кучу вопросов (всё оформлено стихотворным размером "васантатилака"), на которые трудно однозначно ответить. В конце видим, наконец, вопрос про плод, у которого косточка снаружи, на который ответить как раз можно. И тут же ответ.
И вот тут отыгрывает любимый приём санскритских авторов: поразить читателя в конце чем-то неожиданным так, чтобы пришлось начинать читать с начала, ведь к чему тогда были все эти вопросы про девушек, полоски и лотосы?!
Попробуйте разгадать загадку. 😉
А если не получится, то смотрите дальше: на следующих карточках даны ответы на каждый из этих вопросов.

Несомненно, стоит обратить внимание на первое слово: vṛta-. Напрашивается его происхождение от корня √vṛt, но нет — никогда не стоит забывать, что есть ещё √vṛ "скрывать; окружать; выбирать", который и приведёт к указанному на карточке спектру значений причастия прошедшего времени.
Слово asaṁśayam прекрасно — с ним сразу становится легче и оно прекрасно сложено: отрицательная приставка a-, собирательная приставка sam- и корень √śī, который означает "лежать, отдыхать". При чём же тут значение "несомненно"? И вот тут мы сталкиваемся с тем, что приставка и корень, имеющие по отдельности свои собственные значения, собравшись вместе, дают новое значение: sam+√śī — это уже "колебаться, сомневаться".
Ну и, конечно, давайте вместе разберёмся, что это за слово parāyaṇa: что тут с приставками, корнем, суффиксом? Откуда церебральная -ṇ-? Кажется, что ничего не понятно, но очень интересно.